— Опять ты командуешь.
— Ты слишком наплевательски относишься к своему здоровью. Так нельзя, — он осуждающе покачал головой и развел руками.
— У вас в парке Юрского периода все такие душнилы? — сострила я, уличенная в грешке.
Обсуждать тот факт, что у меня просто-напросто опустились руки и не осталось сил бороться, оставшись одной, без поддержки, мне совсем не хотелось. Я ощущала себя жалкой и потерянной, сломленной и разбитой. Вместо обычной жизни я занимаюсь самокопанием и самоедством.
Наверное поэтому, когда у меня начались приступы, я просто сбежала прочь из города, словно могла оставить там все свои проблемы. Это стало последней каплей.
— Душнила, — Люцифер сделал запись в блокноте, не прекращая улыбаться, и положил его обратно на стол.
Я бегло осмотрела многочисленные бумаги, лежащие на столе, и вернула взгляд к его лицу. Люцифер выглядел не так, как предыдущие дни, которые мы проводили вместе. Не в плане внешности, хотя неожиданно появившиеся наручные часы меня знатно удивили, а в плане общего впечатления. Он словно зарядился энергией от какого-то своего источника. Его глаза горели восторгом, в уголках лучились тонкие веселые морщинки, а на губах играла едва заметная довольная улыбка. Это словно был другой человек. Не тот мрачный и всегда хмурый детектив, который вошел в бар поздним вечером, а совсем другой мужчина. И похоже, я его совсем не знала.
— Что?
— Ты, — я взволнованно сжала руками край длинной футболки, — выглядишь счастливым. Это твоя работа? — махнула головой в сторону бумаг.
— Да. Решил вернуться к основной деятельности.
— А как же расследование? — я осторожно обошла его и села на диван. — Любая помощь будет кстати.
Сегодня его касания не казались пугающими или чужими, но на подкорке сознания тоненький голосок все равно верещал: «Не расслабляйся!»
Довольное выражение лица сразу покинуло его. Люцифер сел рядом, не переставая смотреть на меня.
— Я помню вчерашний разговор шерифа с его женой, — он положил руки за голову и откинулся на спинку дивана. — Но я все равно не уверен, что в моей помощи будет смысл.
— Смысл есть всегда. Ему ведь должен хоть кто-то помочь.
Он с удивлением повернул голову в мою сторону, улыбнулся одним уголком губ и распрямил руки.
— Чего? — я не поняла, почему он так обрадовался.
— Да так. Оденься, пойдем позавтракаем, — Люцифер начал складывать записи в стопку.
Здесь я не стала спорить, аппетит и вправду был какой-то зверский. То ли я слишком резко поднялась на ноги, то ли тело не пришло в норму, но голова сильно закружилась, а меня повело в сторону.
— Эй! — Люцифер испуганно вскочил, ловя меня за талию. — Ты в порядке?
— Да-да, — я крепко зажмурилась, стараясь унять головокружение. — Сейчас.
Он нехотя разжал руки, и я отправилась в ванну. Легкое недомогание и ноющая боль в животе, нарастающая с каждым движением, намекнули, что со всеми нашими проблемами я совсем позабыла о важной составляющей женского организма.
«О, ну конечно. Именно сегодня я надела белые трусы».
Недовольно попыхтев про себя о тяжелой женской доле, я вышла назад, метнулась в комнату за чистой одеждой, пока Люцифер наблюдал за моими перемещениями. Наскоро приведя себя в порядок, надела домашние хлопковые штаны в клетку и просторную футболку, в которой спала, и вышла обратно.
— Момент, — я сходила на кухню и достала из своих запасов пакетик с корицей. — Тебе для кофе, — известила, выйдя обратно.
Люцифер уже стоял возле выхода, просияв от моего маленького жеста заботы. Меня охватило смущение. Мы вроде как поругались, взяли перерыв, но я не могла больше на него злиться, слишком уж он был очарователен.
На глаза попалась моя верхняя одежда, и мозг любезно напомнил о том, что я потратила больше тридцати баксов на противозачаточные. Я подошла к вешалке и, нащупав внутренний карман, извлекла две упаковки.
— Сейчас, — вернувшись на кухню, я спрятала одну упаковку в стол, а вторую открыла и, бегло освежив в голове инструкцию, выпила таблетку.
— Мы ведь вроде как взяли перерыв, — на пороге появился Люцифер.
Он стоял в дверном проеме, облокотившись о косяк и скрестив руки на груди.
— Ты ведь не единственный мужчина на свете, — не могла не съязвить я в ответ.
Он изумленно поднял брови, будто я сказала нечто такое, чего он не знал прежде и что перевернуло его мир с ног на голову.
— И кто же он? — Люцифер вздернул подбородок, расцепляя руки и направляясь ко мне. — Хотя дай угадаю, — он щелкнул пальцами, — Мистер Лучшие-Подтяжки-во-всем-лесу?
Теперь я оборонительно скрестила руки, фыркая и демонстративно надувая губы.
— Ревнуешь?
— Нет, — Люцифер взял инструкцию со стола. — Он мне не конкурент.
— Онь мне ни койкуент, — подразнила я, показывая язык.
— Как маленькая, — Люцифер с теплотой посмотрел на меня и опустил глаза на бумагу в его руке. — Ты уверена, что стоит их пить? Здесь в побочных тромбозы, — тон голоса сменился на взволнованный.
— Ой! — я небрежно махнула рукой. — Умоляю тебя. Какова вероятность?
— Думаю, вероятность весьма велика. Это ведь опасно.
— Ты смотрел Бойцовский клуб?
