Я проник языком в нее как можно глубже, доводя до безумия.
— Да! — теперь у нее задрожали даже руки. — Возьми меня, прошу, — едва не плакала она в предвкушении.
— Хочу свести тебя с ума, — парировал я.
Нарочно опалил горячим дыханием кожу бедра, целуя табун мелких мурашек, послуживших мне красноречивым ответом. Я отыгрывал партию до конца, проникал на одну фалангу, дразня на входе, размазывая практически стекающую по моим пальцам смазку. Втягивал губами клитор, следом подключая язык, но слишком слабо, достаточно, чтобы распалить до изнеможения, и недостаточно, чтобы дать прийти к финалу.
— Люци… Люцифер, — Кейт потянула волосы на моем затылке, прерывая пытку.
Я поднял взгляд, довольно отметил затуманенные похотью голубые глаза и разомлевшее лицо. Тяготение к этой девушке не шло ни в какое сравнение с тем, что мне доводилось испытывать ранее.
Опустил ее ногу на пол и чуть ущипнул зубами кожу напоследок. Неторопливо повел ладонями по икрам и горячим бедрам. Поднял края моей рубашки, обнажая живот. Поцеловал лобок, устремился выше, добрался до пупка, получил в награду полный истомы стон, от которого по позвоночнику прошлась колючая волна.
Я поднялся и развернул Кейт спиной. Она вцепилась пальцами в поверхность стола, покачиваясь, опьяненная желанием, и похотливо отставила зад мне навстречу. Я приспустил штаны и, окольцевав рукой ее талию, приблизился, упираясь головкой на входе. Кейт просяще захныкала и вильнула бедрами. Наш синхронный громкий стон удовлетворения разбил тишину, когда я вошел в нее, горячую, мокрую, изнывающую, хмельную от страсти.
Кейт царапнула ногтями деревянную поверхность, упирая руки до напряжения в мышцах. Всхлипывая, кусая губы до крови под чувственными, глубокими толчками. Я перекинул волосы на одно плечо, поцеловал местечко за ухом, от чего она прерывисто вздохнула и, млея, подставила шею моим губам, спускающимся ниже. Я взял ее за подбородок, бесцеремонно поворачивая лицо к себе. Уилсон прогнулась и вытянулась, отдаваясь моему поцелую. Дикому, неспособному утолить взаимный голод.
Оттянул зубами нижнюю губу, заставив зашипеть и вжаться ягодицами в мой пах, делая проникновение теснее. Рубашка, так и оставшаяся на ней, казалась невыносимой преградой между нами, мешая овладеть ее телом без остатка. Я повернул Кейт к себе, удерживая за талию. Она качнулась и уцепилась за мои плечи. Взялся за края рубашки и дернул их в стороны. Ткань захрустела, не выдержав такого напора. Пуговицы с пластиковым треском заскакали по полу и разлетелись по углам.
— Так-то лучше, — довольно резюмировал, подхватывая Кейт, чтобы усадить на стол.
Она крепко обвила ногами мою талию, упирая ладони в поверхность мебели. Я вошел, одновременно обрушив легкие укусы на открывшуюся мне шею и острые ключицы. Задвигался, быстро, резко, вдыхая разреженный похотью воздух, упиваясь ее хриплыми стонами. По венам побежали обжигающие разряды тока. Между нами словно полыхало пламя, опаляя кожу горячими волнами.
Она была прекрасна в нашей близости. Раскрепощенная истомой, в моей распахнутой рубашке, контрастирующей с молочной кожей и нежно-розовыми, аккуратными сосками на вздымающейся груди. Хватающая ртом воздух в попытках насытиться кислородом, искусанными губами шепча короткое, будоражащее «Да». Кейт закусила губу, в ее глазах заплясали озорные искры. Полная нетерпения, она разнузданно, ловя мой ритм, стала покачивать бедрами. Я придержал ее за талию и приблизился. Она обняла одной рукой мою шею, притянула ближе, стремясь поймать в прерывистом поцелуе мои губы, то и дело срываясь на стоны.
— Обещай, — пальцы сжались на задней части моей шеи. — Обещай… что не оставишь… меня, — с трудом собрав мысли, потребовала Кейт.
— Я не…
— Обещай, — более требовательная просьба, с настойчивым взглядом глаза в глаза.
Она прижала бедра к моей талии сильнее, замедляясь сама и замедляя меня.
— Не оставлю, — прошептал, поднимая ее ногу чуть выше, делая проникновение глубже. — Никогда.
Удовольствие достигло пика, не давая сдержаться нам обоим. Кейт выгнула спину, до побеления пальцев сжала край столешницы. Надсадно застонала, расслабляясь, и попыталась удержаться за мою шею непослушным руками. Я придержал ее спину, в бессилии упираясь лбом в плечо.
Некоторое время мы молчаливо восстанавливали дыхание, блуждая руками по горячей коже друг друга. Впитывая наше единение кончиками пальцев, изучая и запоминая каждый миллиметр.
Кейт поймала мой взгляд, ее глаза излучали нежность, безоговорочную, практически осязаемую в воздухе. Она потянулась за поцелуем, горячие губы невесомо пленили мои без толики пошлости и страсти, в которой мы сгорали минутами ранее. Душа и сердце сжались, чтобы тут же встрепенуться, забиться о грудную клетку в переизбытке эмоций, импульсами счастья пронзая все существо. Никогда за всю мою жизнь я не чувствовал себя более живым, более нужным, чем сейчас.
***
— Свари крепкий кофе, — скомандовала я, опережая вопросы о помощи от Люцифера.
Полная энтузиазма, я приступила теперь уже к настоящему десерту.
