Растение, помешавшее обзору, изначально не позволило сразу увидеть второго человека в комнате. Сначала из-за раскидистых листьев показалось что-то черное, сопровождаемое стуком каблуков. А затем появилась жена мистера Форда.
— Ко мне! — рявкнула девушка. Хвосты плетки в ее руке опустились на спину хирурга.
— Это че, страп… м-м-м, — я не дал договорить Уилсон, от неожиданности превысившей границу допустимых децибелов. Зажал ей рот ладонью, перехватил под грудью и потащил подальше от дома, рискуя потревожить свежий шов на руке.
— Не брыкайся, пощади героя.
Кейт сразу расслабилась, перестала противиться и начала ухахатываться в мою ладонь. Мне и самому уже становилось смешно. Я еле сдерживался, стараясь быстрее уйти на безопасное расстояние.
Как только мы снова оказались на дорожке, идущей вдоль домов, нас пробрал громкий смех. Уилсон схватила меня за руку и, хохоча, понеслась вперед, утягивая за собой.
— Я сейчас со смеху помру, — задыхаясь, крикнула она. — Теперь не смогу смотреть на него спокойно.
Кейт бежала, крепко сцепив наши руки, не сбавляя темпа, и звонко смеялась на всю улицу. В холодных сумерках она казалась нереальной, иллюзией, плодом воображения отчаявшегося разума, девушкой, которую воспаленное сознание придумало, чтобы я не сошел с ума от одиночества. Нельзя быть такой идеальной, такой невероятной, такой моей. Она обернулась на бегу и счастливо улыбнулась. Ветер разметал каштановые волосы, вынудив Кейт зажмуриться и крепче стиснуть мою руку.
Я остановился и потянул ее на себя, буквально впечатав в грудь. Прохладные ладони легли на мою шею, частое после бега дыхание коснулось губ. Мы целовались, стоя посреди дороги, наплевав на все и на всех, точно подростки с бушующими гормонами. Я боялся оторваться от нее, открыть глаза и понять, что ничего этого нет, все растаяло, не оставив и следа, только ноющую рану в сердце и глупые мечты.
— Я люблю тебя, — отчего-то стало тревожно, стоило произнести эти три слова вслух. Как будто я объявил для всей вселенной, что мне не все равно.
— Знаю, — Кейт крепче обняла меня, прислонившись своим лбом к моему. — И я тебя люблю, Люцифер. Ни за что в жизни не поверила бы, что можно так сильно любить, — она коротко поцеловала меня, пальцами гладя лицо, будто стараясь запомнить черты. — Представлять себе будущее и видеть в нем только нас. Будто сложился пазл, который долго не мог собрать.
— Нашлись нужные детали, — я провел носом по ее щеке. — И мир обрел краски.
— Точно, — Кейт кивнула, хихикнув, когда я, не удержавшись, покрыл поцелуями ее шею.
— Ты замерзла, — я взял ее руки в свои, стараясь поделиться своим теплом. — Пойдем. Не хватало, чтобы ты заболела.
— Уверена, ты найдешь действенный способ меня согреть, — она прищурилась и смерила меня хитрым взглядом, точно лиса.
Расслабленный день, полный занятий простыми вещами, никак не давал сосредоточиться на той мысли, что сейчас мне придется беседовать с четой Дугласов и пытаться что-то у них выпытать. Готов был спорить на что угодно, они не расскажут ничего нового. Впрочем, больше всего меня интересует один момент: место работы их сына.
Мы застали мистера и миссис Дуглас во дворе их дома. Машина семьи с открытым багажником стояла возле мастерской, где горел свет. Мужчина и женщина носили внутрь многочисленные пакеты и свертки. Увидев меня, миссис Дуглас продемонстрировала свое недовольство и поспешно скрылась в мастерской с очередной упаковкой материалов.
— Добрый вечер, — я протянул руку ее мужу.
— Здравствуйте, — Кейт ограничилась кивком и улыбкой.
Мужчина принял рукопожатие, явно более благосклонный ко мне.
— Зачем вы здесь? — минуя приветствия, обратилась ко мне миссис Дуглас, когда вернулась обратно.
Она взяла цветной пакет и обняла, словно устанавливала преграду между нами.
— Мне нужна информация о вашем сыне, — ходить вокруг да около я не стал.
— О какой информации речь? — женщина гневно сдвинула брови.
— Место работы. Мне нужно с ним побеседовать.
— О чем?
«О происшествии в колледже, само собой. Уж больно странное дело вышло».
— Несколько уточняющих вопросов, не более, — расплывчато ответил я.
— Может быть я смогу вам помочь? — миссис Дуглас пронзительно посмотрела на меня.
— Думаю, эта беседа только между мной и вашим сыном.
Напряженность разговора заставила мистера Дугласа и Кейт растеряться, не зная, куда себя деть.
Мой ответ разжег искру враждебности в глазах женщины. Она сделала шаг вперед и отчеканила четко, как будто готовила речь заранее:
— Однажды Филипп оступился. Это ошибки молодости, которые делают все. И он заплатил за них сполна, — миссис Дуглас выдержала долгую паузу, похоже, надеясь меня смутить. — Я думаю, он усвоил преподнесенный урок. Но мой сын не убийца.
Она развернулась, гневная и стремительная, удалилась в мастерскую, начала перебирать там вещи, наводя порядок. На самом же деле я понимал: это знак, что наша беседа окончена и меня больше не желают видеть.
Мистер Дуглас покосился на разозленную супругу и, понизив голос, вступил в разговор:
