Дни идут медленно. Гарри лежит в своем чулане, чувствуя себя комфортно в темноте и со стенами, которые окружают его, защищая. В основном он спит или размышляет. Тёмный Лорд Волдеморт всё больше и больше убеждается в том, что он не хочет убивать Гарри, получая всё больше информации от родителей его учеников и собственных размышлений. Он почти неохотно признаёт, что, возможно, магия, или судьба знали, что делали, когда соединяли его и этого мальчика, но это всё ещё не значит, что он готов признать эту мысль вслух. Кажется, что мальчик достаточно магически силён, чтобы быть ему, как бы он ни не хотел это признавать, равным, и у него более чем достаточно ума. Он также осторожен и по-прежнему храбр. Сколько человек осмелилось бы обратиться к нему, «худшему» Тёмному Лорду из когда-либо существовавших, так неуважительно, и отказаться от его щедрых предложений? Не то чтобы он сам согласился на них, даже когда был самым слабым, самым отчаянным, маленьким ребенком, затерянным в большом мире фанатизма и войны. Нет, быть домашним животным никогда не было в характере Тома Реддла. Было немного глупо предполагать, что его родственная душа будет одним из тех людей, кто согласится и будет доволен тем, что его подавляют. Тем не менее, как неблагоразумно с его стороны посвятить себя выяснению перипетий Судьбы вместо того, чтобы подавить это маленькое восстание, которое враг хотел бы назвать войной. Должен ли он вмешаться и решить вопрос о главенстве в школе раз и навсегда, или ему следует просто наблюдать, как его союзники сражаются, делая несомненное поражение его врагов ещё слаще?
Гарри просыпается и задаётся вопросом, перестанет ли его родственная душа когда-нибудь принимать решения с точки зрения того, что более выгодно, интригующе или забавно. Но, что ж, пока что это идёт только на пользу самому Гарри, так что, может быть, он должен быть рад этой части личности Тёмного Лорда Волдеморта?
После двух дней коротких отлучек из чулана в туалет, одного куска черствого хлеба и одной чашки воды тётя Петуния требует, чтобы Гарри «заработал на содержание» и приступил к работе. Она пишет ему списки и каждый день заставляет его готовить еду. Гарри не против работы по дому. На самом деле, он предпочитает чем-то заниматься, чем просто… сидеть и смотреть в темноту без книги или другого человека, который мог бы развеять скуку. После того, как он так долго был прикован к своему чулану, он готов выйти из него и приступить к работе. Итак, под бдительным надзором тёти Петунии и жестоким хихиканьем Дадли Гарри подметает, пылесосит, моет посуду, убирает два сантиметра выпавшего снега, заменяет сладости, свисающие с ёлки, готовит, печёт, стирает, расставляет, убирает и перемещает рождественские украшения, как тётя Петуния считает нужным.
Когда тётя Петуния замечает, что Гарри смотрит в экран телевизора, глядя на министра и только успевает заметить, что да, даже такой могущественный человек стареет — но не Тёмный Лорд Волдеморт, застывший во времени из-за крестражей, — она ведёт его обратно в чулан.
Еще несколько дней проходят без происшествий. Гарри перемещается вверх и вниз по спискам, которые оставляет ему тётя Петуния, и получает в награду кусочки старого хлеба и, в одном памятном случае, подгоревший ломтик бекона. Хотя ему интересно, что происходит в волшебном мире, и почему его отправили обратно к Дурслям, и как там его ученики, он слишком занят, чтобы беспокоиться об этом больше нескольких минут в день. К счастью, его связь с Тёмным Лордом Волдемортом даёт ему достаточно информации, чтобы знать, что ни один из его учеников не пострадал, поскольку до сих пор не было попыток вернуть Хогвартс и не было нападений на семейные поместья.
Кроме того, что он в ярости из-за ситуации с Гарри. В самом деле, как кто-то может оставить волшебного ребёнка в компании непритязательных магглов, для него загадка. Особенно таких… как они. Чулан? Принудительный труд? Физическое насилие? Психологическое насилие? Его больше не удивляет, что мальчик — нет, реакция на это конкретное прозвище… родственная душа, да, так лучше — что родственная душа может делать что-то помимо того, чтобы убегать от чудовища, которым является Тёмный Лорд, всякий раз, когда видит его и не замирать, как напуганное животное в свете фар, как большинство волшебников и ведьм намного старше и сильнее его, при виде Тёмного Лорда.
В конце концов, нужно быть монстром, чтобы иметь в качестве родственной души монстра.
А кем может быть ребёнок с таким воспитанием, как не чудовищем?
Уж он-то слишком хорошо это знает.
Посмотрите, что такое воспитание сделало с ним.
