Серова встала с постели, поправив безразмерную футболку, в которой спала, а затем пошла в ванную — умываться. Когда холодная вода коснулась рук девушки, на несколько секунд ее взгляд завис на руках, а точнее на запястьях, но затем вода охладила лицо Жени.
— И когда я успела вчера смыть с себя макияж? — посмотрев в зеркало, удивленно произнесла Женя. — Боже, голова тяжелее некуда, мне нужен кофе. Так, а Сережа…
Серова после того, как умылась, спустилась вниз, где должен был спать Сережа. И Разумовский спал — все в том же халате, на животе, уткнувшись в руку и так образом спасаясь от солнца. Девушка ухмыльнулась, а затем присела рядом с молодым человеком — его зрачок под веками бешено перемещался, словно тому снился кошмар, а сам он немного дрожал. Серова аккуратно положила свою руку на плечо друга и несколько раз помотала — Сергей сразу же дернулся, проснувшись, и сел на диване.
— Эй, спокойно, это всего лишь я, — вытянула перед собой руки девушка, а затем села рядом с рыжеволосым. — Тебе снился кошмар, да? Можешь даже не отрицать.
— Да, но в последнее время они не так меня достают, не волнуйся, — отмахнулся Сережа, пытаясь так успокоить Женю. Хотя было и так ясно, что ответ такой ее не устроил.
— Знаешь, а меня в последнее время ведь тоже мучают кошмары, Сереж, — тихо произнесла Серова, потирая на автомате запястья. — Такие странные и пугающие сны…
— Дай мне свои руки, — сказал несвойственным голосом Разумовский, однако не стал ждать действий девушки и взял их сам. — Женя, ты же обещала, что прекратишь!
И это был справедливый гнев со стороны Сергея, так на запястьях девушки, кроме белых полос, появились красные. Девушка так выпускала пар, когда что-то происходило. У кого-то были сигареты, а у нее — ранить себя лезвием, проходя по запястью. Впервые это случилось, когда Жене было всего шестнадцать лет — тогда ее бросил парень. Женя, ты глупая и маленькая девочка, которая решила, что резаться и причинять себе боль будет выходом. Именно так и сказал ей Сережа, когда впервые увидел эти порезы на ее руках, а это произошло спустя пару месяцев после их знакомства. И ведь Сережа не сразу заметил, что Серова все время ходит в одежде, скрывающую именно ее руки.
Но самое странное произошло, когда девушка вошла во вкус. Ей нравилось причинять себе боль. Ей нравилось смотреть, как течет по руке ее кровь. Ей нравилось, ведь это затупляло боль и гнев в ее сердце. Однако шесть месяцев назад Евгения дала обещание другу, что оставит это дело, но пару недель назад случился срыв из-за работы. Она так не хотела говорить об этом Сереже, боялась его реакции, ведь она обещала.
— Прости, пожалуйста, прости, — на глазах Жени появились слезы, от которых она не могла избавиться. Слезы из-за обещания, которое она дала другу. — Я обещала, я знаю. Прости, Сережа.
Разумовский поднял взгляд на Серову и просто молча прижал ее к себе, успокаивая. Он не любил, когда она плачет, ведь следом хотелось расплакаться и ему, несмотря на то, что он мужчина. Просто несчастный вид подруги опечалил бы любого.
— А может, сходим в кофейню? — резко сменил тему Сережа, чтобы отвлечь девушку от грустных мыслей. — И заодно зайдем в то место, где продают твою любимую шаурму. А, давай? И погуляем после, я же обещал вчера. А? Жень?
— Давай, — спустя пару секунд послышался приглушенный голос Серовой, уткнувшейся в халат друга. — Сначала за кофе и шаурмой, а потом ко мне нужно. Надену что-нибудь для прогулки.
— Вот и договорились, — сказал Сережа, а девушка в этот момент отстранилась и встала с дивана.
***
— А, как же это шикарно, — протянула Серова, когда сделала глоток горячего капучино. — Осталось взять шаурму, и я буду самой счастливой.
— Какая у тебя страсть к этой шаурме… и к кофе, — ухмыляясь, сказал Разумовский, стоя рядом с девушкой и тоже попивая кофе.
— Сам бы хоть раз взял и поел ее со мной, — лишь ответила Женя и вошла в шаурмячную, а за ней вошел и Сергей. — И в этот раз не отвертишься — попробуешь. Если не понравится, то больше не буду заставлять.
— Только если ты будешь выбирать, — Сережа либо доверял выбору подруги, либо просто не хотел задумываться.
— Без проблем, — улыбнулась Женя, толкнув вбок слегка Разумовского, а затем обратилась к продавцу, когда очередь подошла к ним.
Евгения выбрала свою любимую шаурму — с мясом и сыром, правда там были еще какие-то травы, но определить их она не могла. К сожалению, поесть шаурмы у девушки выходило не так часто и только, когда Сережа шел вместе с ней почти через весь Питер, чтобы Евгения десять минут с удовольствием поедала шаурму. В этот раз случилось чудо, так как теперь ей компанию в поедании составил ее друг — Серова даже начала есть только после Разумовского, так как хотела услышать отзыв.
— Ну фто, нрафится? — с набитым ртом спросила Женя, не подождав отзыва друга.
— Да, — лишь ответил молодой человек и с таким же напором, как и Евгения, начал поедать шаурму.
— А феть тафно претлагала, а ты фсе откасывался, — постаралась как можно четче произнести Женя, но в итоге подавилась и скорее запила кофе.
***
