Гарри никак не мог понять, о чем говорил Северус. Гриффиндорец нервно провел рукой по волосам. Иногда он сожалел, что улучшил зрение - раньше бы он никогда не смог рассмотреть, как иногда меняется оттенок в глазах Северуса.
- Делаю что? - спросил мальчик. - О чем ты говоришь?
- Гарри, - глаза Северуса ярко блестели. - Ты говоришь на парселтанге. Я не понимаю тебя.
Пораженный, Гарри опустил взгляд на книгу, которую переводил. Иногда ему было тяжело помнить, что это парселтанг, потому, что для него он выглядел как обычный английский и звучал как английский. Способность переключаться с одного языка, на другой была для него еще очень сложным и непонятным делом. Гарри попытался хорошенько сконцентрироваться на том, что говорит, и тщательно контролировать произношение каждого слова.
- Так лучше? - спросил он.
Северус кивнул.
- Намного. Ты правда не чувствуешь разницы, когда говоришь на парселтанге?
Гарри утвердительно кивнул.
- Для меня он звучит как английский. И на странице выглядит как английский, - гриффиндорец показал на пергамент, на котором был написан его перевод. - Я здесь написал по-английски?
Когда он переводил первую книгу, то постоянно останавливался и заново переделывал страницы, когда оказывалось, что в какой-то момент вместо перевода, начинал копировать текст на парселтанге.
Северус пересек комнату и взял у него пергамент, внимательно изучая небрежно написанные строки. Гарри специально пользовался маггловским карандашом, чтобы можно было легко что-нибудь стереть и исправить, но, тем не менее, все слова на странице были написаны четко и ясно.
- Да, - заверил его мужчина. - «О том, как пробудить магию в спящем Смертным Сном», - громко прочитал он. - Я думал, это трактат о Светлой Магии. А это больше похоже на Некромантию, - Северус бросил хмурый взгляд на книгу, лежащую перед Гарри.
- Это Светлая Магия, - поспешил заверить его мальчик - перед тем, как переводить, он тщательно изучил эту главу. - Это не значит пробуждать кого-то мертвого. Насколько я понял, здесь говорится о Напитке Живой Смерти, хотя он здесь так не называется. Здесь рассказывается о древнеегипетском целебном зелье Смертного Сна. В этой главе рассказывается о том, как вернуть кого-либо из этого состояния.
- «Напиток Живой Смерти» был изобретен тысячи лет назад, - согласился Северус. - Но его считали Темным зельем потому, что от него нет противоядия. Все отравленные этим зельем засыпали навсегда. Пока в 1475 году Мастер Зелий Марака не изобрел противоядие. Ты хочешь сказать, что Слизерин знал противоядие задолго до этого?
Но Гарри покачал головой.
- Не противоядие, а заклинание, - объяснил он. - Слизерин писал, что возможно использовать магию, чтобы разбудить кого-либо и вернуть его к жизни. Для этого требовалось или своеобразное объединение усилий, или волшебник исключительной мощи, чтобы в нужное время в нужном месте произнести заклинание, - Гарри вдруг озорно улыбнулся ему. - Вообще-то, я думаю отсюда и пошла сказка о Белоснежке.
Северус весело сверкнул глазами и наклонил голову, оценив шутку о его семейной истории.
- Ты что намекаешь, что Сириус Блэк сможет разбудить Ремуса Люпина поцелуем истинной любви?
Гарри весело рассмеялся над этим предположением.
- Нет, - согласился он с ним. - Как я говорил, объединение сил необходимо в меньшей степени. В основном в этой главе рассказывается, как чувствовать магию другого волшебника через прикосновение или в воздухе вокруг него. Ты когда-нибудь о таком слышал?
Странное выражение промелькнуло на лице зельевара, когда он пристально посмотрел на Гарри.
- Да, - ответил он наконец. - Встречал раз или два.
Северус протянул пергамент Гарри, чтобы тот мог продолжить работать. Развернувшись, он направился назад в лабораторию.
- Тебя это беспокоит? - успел спросить Гарри до того, как мужчина скрылся за дверью. Северус остановился и оглянулся, вопросительно смотря на мальчика. - Когда я говорю на парселтанге - тебя это беспокоит? - после того, как на втором курсе от него шарахались одноклассники, Гарри стеснялся использовать парселтанг при ком-то.
Странная улыбка скривила губы Северуса, а глаза вспыхнули в свете огня.
- Нет, - мягко рассмеялся он, выглядя немного удивленным. - Нисколько. На самом деле, мне это даже нравится.
Гарри почувствовал, как от этого утверждения его щеки запылали. Он был очень благодарен, когда Северус вернулся в свою лабораторию и оставил его наедине с книгой и смущением.
Гарри работал еще некоторое время, постепенно чувствуя, что становится сонным и расслабленным от жара огня. После трех-четырех зевков он решил немного передохнуть. Но так как идти спать было еще рано, да и к тому же он собирался еще поработать над переводом этим вечером, он оторвался от книги и облегченно откинул голову на спинку дивана. Он хотел только на мгновение прикрыть глаза, но прежде, чем смог это осознать - дремота утянула его в свои сети, комната растворилась, и он погрузился в сон.