Но настоящий шок Северус испытал, когда прикоснулся пальцем к камню, ища магический отпечаток Гарри. Он касался многих подобных камней - слизеринцы любили показывать ему свои достижения год за годом. Он знал, чего ждать от контакта с этими кристаллами. Но ощущение присутствия, охватившее его, когда пальцы вошли в контакт с поверхностью камня, было несравнимо с тем, что Северус испытывал прежде. Прикосновение к этому артефакту походило на прикосновение к магии Гарри - как будто мощный стихийный поток вливался в него. Внезапно он вспомнил ночь после того, как Ремус стал диким, когда Северус потерял самоконтроль и поцеловал спящего Гарри. Он чувствовал гул магической энергии Гарри под его кожей, и это ощущение Силы опьяняло. Это походило на стихийную магию Гарри - ее бесконтрольные скачки, освободившиеся от управления мальчика, часто ввергали мир вокруг него в хаос. Каким-то образом Гарри удалось объединить все это - в эффекте Присутствия - в рамках Сердечного Камня. И хотя у самого кристалла не могло быть никакой реальной силы - никакой способности или задачи, для которых он мог использоваться - это был поистине Магический Артефакт.
- Я знаю, что это глупо, - сказал Гарри извиняющимся тоном, поскольку Северус молча стоял, изумленно глядя на камень в своей руке. - Но все сказали, что это традиционный подарок в День святого Валентина у шестикурсников. Я собирался подарить тебе книгу, но Гермиона сказала, что это будет лучше. Если тебе не нравится это, я еще могу ту книгу... - он тревожно замолк.
- Нет, - немедленно прервал его Северус, не находя слов. - Это... это... - он неуверенно покачал головой. - Я польщен, - признался он наконец. - Но ты действительно уверен, что хочешь отдать это мне? Действительно ли ты уверен, что не предпочел бы сделать подарок своему крестному? - Даже наименее внушительные из Сердечных Камней не отдавали необдуманно. Не имея любимого, маги оставляли камни в своей семье, чтобы, после их смерти, камень был укреплен на могильной плите и даже через столетия сохранял в себе отпечаток магии своего хозяина.
Недоумение мелькнуло на лице Гарри.
- С чего бы я стал что-то дарить своему крестному в День святого Валентина?
Северус снова покачал головой.
- Не именно в Валентинов День, - поправил он. - Я имел в виду камень. Сердечные Камни, как правило, хранятся в семьях.
Гарри резко выпрямился, его лицо потемнело.
- Мы - семья, разве нет?
Уже не первый раз Гарри высказывал подобную мысль, но впервые он просил подтверждения у Северуса. Столкнувшись с таким напряженным взглядом зеленых глаз, Северус только и смог, что кивнуть, не желая отрицать любые предположения Гарри относительно себя. Если мальчик хотел, чтобы они были семьей, то кто такой Северус, чтобы спорить с этим? Он приближался к осознанию того, что ему, как еще никогда в жизни, хочется этих уз.
- Спасибо, - сказал Северус вместо этого, и его рука сжалась вокруг камня.
Лицо Гарри просветлело, и он улыбнулся.
- Спасибо за плащ, - радостно ответил он. - Он просто замечательный! Я пойду покажу его ребятам в Башне! - И умчался прочь, чтобы похвастаться своим плащом, очевидно довольный тем, как прошел обмен подарками в Валентинов день. Северус остался один в спальне, крепко сжимая камень, который практически пел от энергии Гарри.
Позже, внимательно рассмотрев зеленую окраску кристалла и странные рубиновые лучи, пронизавшие его структуру, он поймал себя на мысли, что было что-то странно знакомое в нем, как если бы он уже где-то видел нечто подобное. Его посетила мысль - странная тревожащая мысль, которую он сразу отверг, как нереальную. Но опять же, то, что связано с Гарри, не могло быть простым и обычным. Он понял, что не остается ничего другого, как позже отнести артефакт Альбусу.
Не желая, однако, расставаться с камнем, Северус укрепил его на цепочке и надел на шею. Спрятав его под одеждой, он позволил камню касаться кожи напротив своего сердца. Было ощущение, словно рядом с ним находится маленькая частица Гарри. - Какое смешное романтичное представление, - думал он, чувствуя полнейшее отвращение к себе. Что, впрочем, не помешало ему носить кулон.
Он несколько утешился тем, что Гарри тоже решил надеть свой подарок. Стоя около него на свадебной церемонии, в плаще, черные чешуйки которого, отражали волшебный солнечный свет весенней поры, освещавший комнату, Гарри выглядел очень изящным, его стройная фигура, притягивала не одну пару глаз в комнате. Северус ловил взгляды, которые Люциус бросал на мальчика - он поймал момент, когда глаза Люциуса сузились, поскольку он, наконец, понял, шкура какого животного использовалась для плаща. Он быстро взглянул на Северуса, который только насмешливо поднял одну бровь. Люциус был в значительной степени ответственен за присутствие василиска в Хогвартсе - случай, который чуть не погубил единственную дочь в семье, в которую входил теперь его сын. При этих обстоятельствах, даже Люциус Малфой знал, когда держать рот на замке, а свои мнения при себе.