Тихонько встав, чтобы никого не разбудить, он направился к винтовой лестнице, ведущей вниз. Он думал о том, где сейчас Северус с остальными - скорее всего продолжают спасать пострадавших, несмотря на поздний час. После прошлогоднего сражения он был без сознания, но по рассказам друзей знал, что спасательные работы продолжались на другой день, и шли почти всю следующую неделю, пока последний спасенный не был отправлен в госпиталь Св. Мунго. В этот раз у них тоже были разрушенные зрительские трибуны, да и множество раненых требовали заботы.
Добравшись до конца лестницы, Гарри ничуть не удивился, когда заметил Дамблдора, идущего к нему по длинному узкому коридору, из центральной части замка. Старик выглядел усталым, но глаза его мерцали. И он тоже не был удивлен, увидев Гарри.
- Ты знаешь, куда идти? - спросил Дамблдор. Это было скорее утверждение, чем вопрос, но Гарри все равно ответил.
- Стоунхендж, - произнес он, удивляясь сам. - Из Ваших слов я понял, что призваны будут волшебники всей Земли. Тогда почему Стоунхендж? Почему что-то столь британское?
- Ты - британец, мой мальчик, - резонно заметил Дамблдор. - Куда же им ещё созывать всех?
Гарри шагал по коридору рядом с Дамблдором.
- Вы взволнованы, - заметил он, ощущая магическую силу директора. Несмотря на очевидное истощение, старик почти дрожал от нетерпения.
- Это - живая легенда, мой мальчик, - поведал ему Дамблдор. - Это так увлекательно, стоять на пороге неизведанного в мои годы.
- Вы знаете, зачем мы туда идем? - спросил Гарри. Он был в полнейшем неведении. Единственное, в чем он был уверен, то, что он должен отправиться в Стоунхендж - все остальное представлялось смутным.
Дамблдор пожал плечами.
- Ты встретишься с другими, - просто ответил он. - Ты увидишь всех призванных.
- Вы знаете их? - вновь спросил Гарри.
- Некоторых, - кивнул Дамблдор. - Многие - это члены Международной Конфедерации Волшебников. Но также будут те, кого я не знаю - свежие силы. И те, кто не склонен присоединиться к нам - или любой законной организации, собственно говоря.
От этих слов Гарри почувствовал, как мороз пробежал по коже.
- Волдеморт тоже будет там.
Дамблдор остановился и серьезно взглянул на него.
- Да, Гарри, - произнес он. - Думаю, его тоже призвали. Но я могу обещать тебе, что нынешним вечером ты будешь в безопасности. Сегодня никто не поднимет на тебя руку, даже Волдеморт. Запомни, кто бы что не говорил тебе, что бы не происходило, по крайней мере этим вечером не будет никакого насилия.
Немного успокоившись, Гарри кивнул и продолжил свой путь рядом с Дамблдором. Спускаясь по многочисленным лестницам Хогвартса, освещенным только редкими факелами, он вдруг заметил, что вдоль стен выстроились толпы домовых эльфов, взирающих на него со странным выражением в глазах. Они, казалось, ждали какого-то приказа, малейшего намека, что он в чем-то нуждается. Гарри без особого удовольствия смотрел на эту процессию - за все время его пребывания в Хогвартсе, он не видел эльфов нигде, кроме кухонь. Обычно они не показывались на глаза, не будучи вызванными.
Дамблдор тихо засмеялся и похлопал его по плечу.
- Ты привыкнешь к этому, мой мальчик, - заверил он. - Мне было далеко за сорок, когда я начал видеть их.
Гарри обескуражено уставился на старика.
- Они невидимы? - спросил он, почти боясь ответа.
Дамблдор кивнул.
- Подожди, скоро ты научишься видеть, чем занимаются призраки, когда думают, что их никто не видит. Мне было далеко за пятьдесят, когда я стал видеть их, даже когда они невидимы, но ты, я полагаю, научишься гораздо раньше.
Гарри побледнел от такой перспективы. Это внушало ему беспокойство, тогда как Дамблдор довольно беспечно воспринимал такие вещи. Он не хотел становиться таким же могущественным, как директор - такая возможность пугала его. У Дамблдора были десятилетия мудрости, чтобы отточить свои магические силы, а у Гарри было сиротское детство, до сих пор влияющее на его решения. Внезапно ему ужасно захотелось спрятаться от мира в своей комнате в подземельях. Перед ним расстилался предначертанный путь, полный немыслимых возможностей, но он страшился этого.
Дамблдор снова ободряюще похлопал его по плечу.
- Мы не можем избежать нашей судьбы, Гарри, - мягко сказал он. - Нет ничего постыдного в том, чтобы бояться.
- Опасаться, - поправил его Гарри. Как мог он, осиротевший сын Джеймса и Лили Поттеров, которые желали ему нормальной жизни, получить такую судьбу? Это казалось несправедливым, и часть его хотела сбросить с себя бремя спасения мира. Но где-то глубоко все настойчивее звонил колокол.
Дамблдор привел Гарри к одному из тайных, малоизвестных проходов, так как до сих пор в замке было полно народа, и кроме того, авроры охраняли центральные ворота. У выхода их ждал Добби, вжавшийся в каменную стену замка, в своих крошечных лапках он держал что-то темное. Его уши задрожали от нетерпения, когда он увидел Гарри и сунул ему в руки темный предмет.