Он почувствовал, как Гарри дрожит в его руках, и прижал Поттера сильнее. Юноша был истощен магически. Северус был ранен - синяки и глубокая царапина. Чьи-то когти оставили неровный след на его левом предплечье - при первой же возможности надо бы его осмотреть. Ремус и Сириус тоже были не в лучшем состояии - хотя оборотень держался лучше остальных. Блэк, насколько мастер зелий мог рассмотреть, прижимал кусок плаща к боку - Северус предположил, что тот пытался остановить кровь.
Насколько Снейп мог судить, Гарри прошел битву без царапин - они трое с воинами Элрика снова и снова бросались между Гарри и грендлингами, принимая удары, предназначенные ему, в то время как юноша перемещал огромный камень к колодцу. И неудивительно, что Гарри был истощен магически - Северус не поверил собственным глазам, когда увидел, как камень поднимается с земли. Но больше всего его шокировал тот факт, что мальчик использовал «Вингардиум Левиоза».
Он уже открыл было рот, чтобы запротестовать, когда услышал, как Гарри произносит это заклинание, проклиная себя за то, что не рассказал про нужное заклятье. И Люпин повернулся к нему в ужасе, когда услышал эти слова. Они с Северусом знали, что виноваты оба. Потому как побоялись разрушить уверенность юноши в своих силах, и не стали задавать тому излишних вопросов относительно того, как он будет это делать, прошлым вечером.
Но все же, невероятно, невозможно, но камень поднялся с земли, несмотря на тот факт, что у заклинания Вингардиум Левиоза были ограничения по весу. Гарри следовало использовать Левиоза Максимус - заклинание, которое изучали на седьмом курсе. Снейпу следовало бы помнить, что юный гриффиндорец еще не мог его знать.
Но настоящее удивление ждало Северуса, когда Гарри запечатал камень. Запирающие и запечатывающие чары плотно изучались на третьем курсе - Снейпу даже и в голову не пришло спросить Поттера, какое заклинание тот будет использовать. Мастер зелий полагал, что он, Блэк и Люпин добавят собственные заклинания к чарам Гарри, когда все будет сказано и сделано - и это не даст другим волшебникам даже тени надежды на то, чтобы поднять камень снова.
Но Гарри снова удивил его, использовав заклинание, которое Северус раньше не слышал. Снейп прокручивал в мозгу слова снова и снова, переводя их, вспоминая волну магии, накрывшую их, когда камень был водворен на место, и качал головой. Поттер попросту приказал самой земле поставить камень на место. Гарри скомандовал, и земля повиновалась. И никто больше никогда не сможет поднять крышку колодца.
А несколькими мгновениями позже юноша стоял на камне - бледный и худой. Доспехи его сверкали в свете зимнего солнца, а сам он схлестнулся с великими черными вирмами, нависшими над ними. В тот момент у Северуса буквально остановилось сердце. Как только он мог там стоять, не ведая страха, разговаривая на этом чужеродном языке, и змеи не просто перестали на них нападать, но даже поклонились в знак уважения, Снейп не понимал. «Гриффиндорцы - по крайней мере, этот, лежащий в моих руках - исключительно редкий вид», - заключил Северус.
Он почувствовал, как Гарри завозился, тотчас же сжал его крепче, наклонился вперед и прошептал прямо в ухо:
- Спокойнее, не шевелись, - сказал ему Снейп. - Ты на метле. Будешь много двигаться - можешь упасть.
Юноша тотчас же застыл. Северус почувствовал, как натренированные годами игры в квиддич мускулы бедер сжимаются вокруг метлы. - Гарри поправил свою посадку.
- Ты ранен? - спросил Поттер. Голос был хриплым - он слишком долго кричал на парселтанге.
- Я в порядке, - успокоил его Северус, увидел, как тот вертит головой в поисках Ремуса и Сириуса. - Они тоже, - добавил он. - Только легкие ранения.
- Скольких мы потеряли? - был следующий вопрос, и Северус вздохнул, желая про себя, чтобы хотя бы на этот раз юноша - нет, мужчина - не стал бы взваливать всю ответственность на свои плечи.
- Я не знаю, - ответил Снейп. - Это войдет в историю как великая победа - и по праву. Мы потеряли гораздо меньше, чем могли бы, если бы ты не остановил вирм.
А потом Северус не смог удержаться. Он зарылся рукой в темные волосы Гарри, прижал голову мужа к себе и прошептал ему на ухо:
- Ты хорошо потрудился, Гарри. В остальном же - отпусти себя, не думай об этом.
Поттер повернулся, и эти зеленые глаза пронзили Северуса так глубоко, как никогда, буквально вытаскивая его сердце, пытаясь найти в нем что-то, какие-то ответы на вопросы, которые так и не были заданы. И миг спустя у Снейпа перехватило дыхание - Гарри поднял руку и дотронулся до его щеки. Дрожащие пальцы легонько прошлись по коже мастера зелий. Они были холодны, эти пальцы, но их след, как показалось Северусу, был горячее огня. Затем Поттер вздохнул и устроился поудобнее в его руках, позволив держать себя. Остаток полета прошел в молчании.
