В зале за гриффиндорским столом Люциус заметил Артура и Молли Уизли, сидящих рядом с их детьми. Как только они узнали о похищении Поттера, все Уизли приехали в Хогвартс, чтобы поддержать младших. Люциус почувствовал острую зависть, когда он видел Артура и его семерых детей. Он всегда мечтал о многочисленном потомстве, но Нарцисса не разделяла его стремлений. Люциус не встречал женщины, холоднее Нарциссы, поэтому радовался тому, что у него есть хотя бы Драко. Молли Уизли не могла сравниться с Нарциссой ни в красоте, ни в происхождении, но, по крайней мере, она не пренебрегала супружескими обязанностями.
Артур поймал взгляд Люциуса, и Люциус тут же презрительно усмехнулся. Он заметил, что Драко увидел этот обмен взглядами и незамедлительно повернулся, чтобы тоже презрительно посмотреть на Уизли. Люциус подозревал, что Драко не понял его истинных мотивов и видит причину подобного отношения только в том, что это были Уизли. А затем Люциус увидел нечто неожиданное. Драко встретился взглядом со вторым по старшинству мальчиком Уизли, укротителем драконов, насколько помнил Люциус, покраснел и отвел взгляд, когда Уизли подмигнул ему.
«Черт возьми, - подумал Люциус. - Что ЭТО значит?»
Именно в это мгновение двери Большого зала открылись, и наступила полная тишина.
Четверо мужчин вошли в Зал, и Люциус нахмурился глядя на них. Он, конечно, узнал предавшего его друга Северуса Снейпа: тот был в доспехах из драконьей кожи, за плечом у него висел в ножнах меч. Казалось, он еле сдерживает ярость и бешенство, словно какой-нибудь гриффиндорец, его волосы слиплись и засалились от ветра, но благородный профиль был все так же узнаваем.
Другим человеком в кожаных доспехах, носящих следы отчаянного боя, был Ремус Люпин. Он с легкостью держал огромную булаву в одной руке, показывая свою силу, ясно напоминая этим Люциусу о своей ликантропии, как будто мерцающие янтарные глаза, вспыхнувшие желтым, не были достаточным напоминанием. Иногда Люциус думал, что люди Дамблдора сошли с ума, разрешив оборотню находиться среди них. А если он заразит кого-нибудь?
Третьим был викинг из Уинтерленда - очень высокий, с золотистыми волосами, облаченный в кожу, доспехи и мех. Люциус предполагал, что это кто-то из семьи Брэндов, возможно, отсутствующий муж леди Дианы Снейп-Брэнд, которая сидела на месте Северуса за столом преподавателей.
Но только четвертая фигура привлекла внимание Люциуса. Одетый в блестящую кольчугу, с металлическими латами на руках и ногах, Гарри Поттер выглядел совсем не так, как помнил Люциус. Он не разговаривал с мальчиком после происшествия с дневником Риддла и только мельком увидел его в ночь возрождения Темного Лорда, с тех пор Поттера стало не узнать.
Очков больше не было, волосы стали чуть длинней, мальчик немного подрос, но самым потрясающим был взгляд его зеленых глаз, заставший Люциуса врасплох. В этих глазах была власть, скрытая, потаенная власть, Люциус увидел ее очень ясно. Люциус всегда жаждал власти и мог распознать ее в самых неясных формах, а у этого мальчика была власть, которую Люциус не мог и предположить. Откуда она взялась в нем: просто увеличилась, появилась, передалась извне или была всегда? Конечно, он обладал чем-то, чтобы победить Вольдеморта, будучи младенцем, но почему Люциус не замечал этого раньше? Может это была какая-то уловка светлой стороны? Он должен был признать, что это привлекало, очаровывало его. Возможно, Северус действительно предал их только из-за мальчишки?
- Гарри, мой мальчик! - раздался в тишине голос Дамблдора. Старик стремительно подошел к юноше и крепко сжал его руки. - Слава Мерлину, вы вернулись, - облегчение на лице старика было видно всем. Люциус усмехнулся. Поттер действительно был любимым золотым ребенком Дамблдора.
- Я в порядке, сэр, - тихо ответил тот.
- Мистер Поттер! - воскликнул Фадж, выходя вперед. Люциус видел, что он был скорее расстроен, из-за необходимости прервать свою речь для прессы. - Мы удивлены, Вас считали похищенным! - Фаджу не понравились изменения, он, казалось, рассердился на возвращение Поттера.
«Тактическая ошибка», - подумал Люциус.
Мальчик посмотрел на ждущих репортеров, его взгляд на мгновение задержался на Рите Скитер, прежде чем вернуться к министру.
- И поэтому вы ждали три дня, чтобы провести конференцию? - спросил он.
Ропот удивления прошелся по всему залу, Фадж остановился и что-то с негодованием пробормотал. Люциус изо всех сил старался не смеяться. Мальчик говорил громко, даже высокомерно. Даже у Дамблдора дернулись уголки рта при этих словах.
- Операции по спасению требуют времени на согласование действий, мистер Поттер! - возразил Фадж.
Поттер просто кивнул.
- Я рад, что хотя бы моей семье не мешали, - сказал он, показывая на Северуса и Люпина. Люциус удивился, что Северус не возразил, когда в его семью включили и оборотня. Однако Северус ничего не сказал. Возможно, оборотень уже успел заразить его.
