Стас потер виски руками, безрезультатно пытаясь унять боль. Наверное, в этот раз он слишком очевидно пялился на Олю, но она была такая охренительно красивая. Даже раскрасневшаяся от бега, даже кричащая на него в полутьме коридора. Как ему хотелось тогда взять ее за плечи и сказать все: что думает о ней ежеминутно, что пытается отвлечься, переключив внимание на абсолютно непохожих на нее девушек, что слишком ценит эти невероятные годы дружбы, чтобы испортить все так тупо, потому что с ней либо до конца, либо никак.
Он даже не знал, когда это все началось.
Когда он впервые увидел ее с парнем, ему захотелось закинуть ее на плечо и унести подальше от этого придурка, потому что его выворачивало от мысли, что он мог быть к ней настолько близко, насколько Стас не мог.
Когда она пела, он иногда просто не мог дышать от того, насколько это было прекрасно.
Когда она смеялась или пыталась ему что-то доказать, внутри у него все замирало, потому что чувств было столько, что им тяжело было уместиться в его теле.
- С сотрясом спать нельзя, ты в курсе?
Она стояла над ним и хитро улыбалась. Оля всегда старалась сглаживать углы. И вот сейчас, несмотря на ее хрупкость, в ней было столько силы, что ему стало невероятно стыдно, что он сам не подошел и не заговорил первым.
- Прости меня.
Она опустила глаза, а потом потянулась к нему, обнимая и прижимаясь всем телом:
- И ты меня прости, Стас. Обещаю держаться подальше от твоей личной жизни и держать рот на замке при виде ее длинноногих «составляющих», правда.
Ну как может быть так хорошо и больно одновременно?
Очень, сука, больно.
Комментарий к Глава 3
Я до сих пор в шоке, и у меня на это пять причин. Первая причина это то, что Мышка нашла эту покрытую пылью работу. А вторая - то, что она кому-то понравилась. Третья - это ваши РЕАЛЬНО мотивирующие комментарии. Четвертая - это то, что я НА САМОМ ДЕЛЕ села писать ее дальше. А последняя - то, что я ее выкладываю.
Чтобы вы понимали, это моя первая работа и я уже два года вообще ничего не писала, но ради вас готова залить свои ржавые суставчики маслом и начать работать.
Без претензии на гениальность.
А вам безграничная любовь.
========== Глава 4 ==========
Когда он заметил ее, перебегающую дорогу, ему показалось, что сердце стало биться где-то под горлом, пытаясь пробить себе выход. Это происходило уже третий раз. Третий раз он видит ее и поражается реакции своего тела на эту девушку.
Егор никогда не был сентиментальным, но когда он увидел эту эльфийку со сверкающими глазами на качелях, парень отчетливо осознал, что согласие поехать с родителями на очередную пирушку было самым лучшим его решением. И сейчас он также понимал: либо это просто физическое влечение, либо это то самое, что если долбанет, так лучше даже и не сопротивляться.
- Привет!
Нет, его определенно долбануло. Причем знатно. Каким-то волшебным молотом.
- Извини, я без цветов, у нас же «не свидание».
Кира фыркнула и закатила глаза. Ради этого «не свидания» она два часа пыталась понять, как она должна выглядеть, а потом еще два часа ушло на то, чтобы все эти фантазии воплотить в жизнь. Выбор пал на легкое светлое платье выше колена и кожаную куртку, чтобы выглядеть сексуально, но не вызывающе. Судя по взгляду парня, в ней его вызывало все.
Егор подался вперед и прошептал:
- Чертовски притягательная в этом платье.
И вернулся к своему прежнему состоянию, как ни в чем небывало, а Киру словно обдало жаром. Вечер перестает быть томным. Она откашлялась и попыталась максимально непринужденно начать то, ради чего они встретились.
- Ты что-то говорил про «узнать друг друга поближе»? Вот тебе факт номер один: я обожаю фильмы Вуди Аллена.
- Надеюсь, раннего Аллена, а не то, что он творит последние пару лет?
- «Дождливый день в Нью-Йорке» - просто замечательный фильм!
- Только если у тебя фетиш на смазливых актеров.
- Хееей! Может тогда расскажешь о своих кино-фетишах?
Они не переставали улыбаться, глядя друг на друга. Интересно, это когда-нибудь изменится? Потому что с каждым словом и с каждым взглядом становилось все труднее сдерживать чувства, и единственное, что становилось важным, – это человек сидящий напротив.
***
Когда они дошли до ее подъезда, ей казалось, что они поговорили абсолютно обо всем. Не существовало ни одной темы, которую они не могли бы обсудить.
- Спасибо, что подвез.
Вместо ответа Егор взял ее лицо в ладони и заглянул в глаза. Было что-то волшебное в этой девушке, потому что она его заколдовала, не иначе.
Он сделал то, что хотел сделать весь вечер – поцеловал. Кира резко вздохнула, потянувшись ему навстречу и зарывая руки в его волосы. Сейчас ей были важны только его губы и руки.
Руки в ее волосах. Руки на ее талии. Руки на ее бедрах.
Егор на мгновение отстранился, чтобы они оба могли вдохнуть воздуха:
- Я рядом с тобой пиздец волю теряю, – прошептал он.
Кира невольно застонала и закинула голову, когда он сжал ее ягодицы и начал поцелуями спускаться к шее. Хотелось, чтобы между ними не оставалось никаких барьеров в виде одежды, чтобы тело к телу, кожа к коже.