— С рассвета в город войдут части «Ордена Геллиона». - вздохнул шитвани. — У них приказ на всеобщую утилизацию аббервильской популяции… Они же всех убьют…
— Карательная операция в городе… да, не знала, что до этого дойдет. — Мериен не верила своим ушам, хотя после предыдущей вылазки Айт уже рассказывал про бронеколонну Ордена, которую ждут с востока. — Как ты это узнал?
— Я был возле здания полиции, слушал разговоры охранников.
— Айт! — Грейт схватила шитвани за плечи — Не смей! Не смей так глубоко уходить в город! Тебя же поймают… Малыш, как ты не понимаешь… — она обняла его, чувствуя, как к глазам подкатывают слезы. — Не надо… береги себя… вы, пятеро, все что у меня осталось.
— Я просто знаю, что мы ничего не сможем сделать, чтобы остановить Орден. — Айт мягко, словно кошка, ускользнул из ее объятий. Мы здесь, в пещерах, нас тут не достанут. Все что нас окружает, оно… доверяет нам и не даст нас в обиду, понимаешь?
— Ты об этом просто догадался, или спросил кого? — улыбнулась Грейт.
— Спросил. — признался Айт. — Эти деревья, эту траву, этих зверей… Эти камни и этот воздух… Они не отдадут нас. Грейт, ты не понимаешь этого. А я не знаю как объяснить. Но после того, как исчезла завеса в разуме, я столько всего вижу. Я понимаю жизнь по-новому, и это еще только самое начало изменений. Сложно стать самим собой, но это придет со временем. Жаль, что наши, там, в Аббервиле и других городах, так этого и не смогут ощутить этого…
Айт умолк. Как раз тогда, когда по пещерам пронесся глухой, нарастающий рык и земля задрожала. Разбуженные гулом и шумом, четверо других шитвани вскочили со своих моховых постелей, черный первым выскочил наружу и, замерев, в ужасе посмотрел куда-то вбок. Подхватив за руку замешкавшегося рыжего, Грйет выскочила следом и увидела, как со стороны ближайшего кратера на лес накатывается пронизанная молниями волна пара и дыма. Впереди нее, куполом рябившего воздуха, крошившего и втягивавшего в чернеющий зев сингулярности каменные столбы и легко, точно спички выдиравшего из почвы гигантские деревья, двигалась волна гравитационного искажения, накатывавшая на Оазис подобно штормовому валу.
— Грейт… что нам делать?! — робко пискнул серый шитвани, потянув ее за рукав. — Мне страшно…
— Я… я не знаю… — слова застряли у Грейт в горле. — Это фазовая бомба, от нее бесполезно бежать…
Айт застонав упал на колени, обхватив руками голову:
— Грейт, что это? Я чувствую смерть, тысячи смертей… боль и страх. Оно повсюду.
— Айт, ребята, под дерево, быстро, — скомандовала Грейт. — Может нам повезет и ударная сила бомбы иссякнет!
Хотя вряд ли… В подземельях такие заряды куда смертоноснее, чем на поверхности.
— Я не могу, — взвыл Айт. — Я вижу их, их засасывает в пустоту, разрывает на части… Грейт, я чувствую это сам, будто это там не они, а я…
Она обхватила Айта обеими руками, ей помог черный шитвани, и они вместе затащили серебристого под корни гигантского дерева. Вокруг уже ускорились токи воздуха, ветер нагибал кустарники и раскачивал толстые деревья, но внезапно все остановилось. Не было грохота, после которого вся втянутая масса воздуха должна разлететься в стороны миниатюрным Большим Взрывом, не было удара, равносильного мощному землетрясению, был лишь глухой рокот расступающихся камней и прокатившаяся по Оазису дрожь.
Айт, успокоившись, встал на лапы, а Грейт, теряясь в догадках вылезла наружу, стараясь разглядеть хоть что-то в поднявшейся пыли. Но даже сейчас, сквозь рассеивающийся туман было видно, что произошло нечто невероятное, о чем Грейт не могла помыслить ни в одном своем самом фантастическом сне. Да, она была ученым и увидев многое на этом свете, склонялась к мысли, что временами чудеса все-таки происходят… Но не такие. Это было совершенно невозможно с точки зрения любых научных теорий, из числа тех, на которых базировалось человечество.
