— Не за себя ведь боишься, — вдруг сказал Вик. — А за тех людей, что на поверхности. Почему?
— Возможно, потому что они такие же как я. — пожал плечами Рэнд. — Глупые, совершающие ошибки, наивные… но всякий по отдельности, очень добрые…
— Я допускаю это. — Вик склонил голову набок, внимательно разглядывая Рэнда. — Быть может, если бы человек, который выжег мне глаз был бы один, то он этого и не сделал бы. Но беда в том, что вас много. Странное дело, да? Каждый из вас умен и добр, но стоит собраться вместе, как разум растворяется и вы становитесь стадом.
— Ты хочешь прочесть мне лекцию о психологии?
— Хочу понять вас.
Рэнд помолчал.
— Зачем?
На этот раз паузу выдержал синдараи.
— Я хочу простить. Прощение невозможно без понимания причины поступков.
— Для того чтобы казнить, нужна великая власть. Но для того чтобы помиловать нужна власть еще большая. У тебя она есть?
— Нет. Но я не отказался бы от нее.
Если честно, у Рэнда было множество вопросов. Он с трудом сдерживал себя, чтобы не обрушить их вал на Вика и тот явно чувствовал это. Впрочем, вопросы не пугали его и он, судя по всему, готов был давать ответы. Другой вопрос был в том, что Рэнд был не готов их задавать.
— Ты ведь знаешь Вик, что я, как это не странно, любил…
— Ее звали Тая Тизино. — как эхо отозвался Вик.
Рэнд прервался на полуслове, исподлобья глядя на недвижно сидевшего на стволе дерева синдараи.
— Я знаю все, — кратко сказал Вик. — Но это не значит, что я не хочу выслушать тебя. Я вижу ее имя, у тебя в сознании, но… не более того.
— Читаешь мои мысли? — Рэнд устал настолько, что злиться не было сил.
К тому же он не ощущал проникновения к себе в голову кого-либо со стороны.
— Нет. — Вик наполовину прикрыл веки. — Я читаю то, что написано в энергии окружающего нас мира. В нем каждый оставляет свой след. И ты оставил. Весьма весомый, надо сказать.
— Скажи мне, Вик… Когда все закончится…. если, конечно, все закончится хорошо, могу ли я рассчитывать на то, что…
Вик посмотрел на него пристально и внимательно. Рэнд чувствовал этот взгляд даже если бы между ними была вся каменная толща Тиадара.
— Не знаю. Быть может. Я не буду ничего обещать. Это… это может быть уже не тем, что ты думаешь…
— Все равно спасибо, Вик.
Синдараи отвел глаза. Он уставился в невидимую точку на окутанном туманом горизонте, за которым громоздились базальтовые стены пещеры. Странно. Он понимал их. Быть может, впервые в жизни, он понимал их. Даже не тогда когда был с Линой, а именно сейчас.
— Как думаешь, что теперь будет? — спросил Рэнд.
Он ждал ответа долго. Возможно, он даже успел заснуть, проснуться и выспаться, а Вик все так же неподвижно сидел на дереве смотря куда-то вдаль и молчал. Уже не надеясь услышать что-либо вразумительное, Рэнд крякнул и повернулся на другой бок, но тут синдараи подал голос.
— Лавина. Та самая, которую порождает упавшая снежинка и что катится по склону горы сметая все на своем пути. Хотя…. хотя я уже ощущаю некоторые изменения. Где-то среди таких как ты появляются те, кто понимает это. И они не хотят этой лавины. Они просто сомневаются в альтернативных вариантах. Даже боятся их. Но это вполне естественно, ведь перелом истории всегда несет в себе изменения.
— Война не закончится?
— Думаю, нет. — грустно сказал Вик. — Ее хотят прекратить или отдалить. Прямо сейчас, вот в этот самый момент. Но знаешь, Рэнд, когда человек потратил столько сил для того, чтобы разжечь огромный костер, то залить его стаканом воды он уже не сможет. — синдараи помолчал и добавил: — Особенно, если стакан дырявый.
— И ты не боишься войны?
— Не боюсь. И другие не боятся. Мы вернемся вновь и будем возвращаться бесконечно. Я боюсь лишь того, что Сердце будет разрушено.
— То, что внутри планеты? С его гибелью погибнете и вы?
— Нет. Мы просто будем заперты здесь. В ноосфере Тиадара. Мне сложно это объяснить, прости.
— Вы не зависите от своих тел?
Вик покосился на Рэнда то ли с любопытством, то ли с легким раздражением. Выражение его остренькой мордочки, чью красоту теперь не портили никакие шрамы, было слишком двусмысленное.
— Вы, люди, считаете, в большинстве случаев, что разум следует за телом из плоти и что он неспособен существовать вне его. Это не так. Тело из плоти и крови есть прежде всего проявление сознания. Пусть даже настолько слабоорганизованного, как информационные тела камней и деревьев. Разум без тела возможен, но тело без разума — нет. Мы не зависим от своих тел не более того, как и вы не зависите от своих.
Рэнд все пытался вспомнить фразу классика о принадлежности сознания, но не мог. Впрочем, он и без этого хорошо понял Вика.
— Если вы такие сильные, то что вас сдерживает? — Блэкли невольно отвернулся, стараясь не встречаться взглядом с глазами Вика. — Почему вы не решите все одним ударом.
