Тяжела судьба идиота. Дневник. полностью

Я не помню, как меня зовут. Я не помню, откуда я родом. Я даже не знаю, какое сегодня число. Все, что мне известно, – это мое задание: следить за игроками ФК «Зенит» и докладывать информацию, куда надо. Вот только, куда и кому это может быть нужно, я тоже забыл.

У меня есть дерево, на котором я сижу. К дереву я привязан очень хитрым узлом. Предполагаю, что завязал его сам, но не помню, как он развязывается. Разрезать веревку не получается, так как нет ножа. Перегрызть не получилось.

Еще у меня есть ноутбук. Я могу отправить почту только по одному адресу, но почему-то не получаю писем. На корпусе и экране большая трещина, может быть, поэтому я не могу выйти в Интернет и оставить на каком-нибудь сайте просьбу о помощи. На все призывы, отправленные по единственному доступному мне адресу, никто не ответил. Еще в ноутбуке не работают часы и дата. Ставлю зарубки на ветке.

Я не знаю, как я здесь очутился. Очнулся я уже на этом долбанном дереве и услышал:

– Кержи, мальчик, тебе же говорили, задница ты с ушами, что бить надо не по мячу, а по воротам?

– По воротам больно, Пан Тренер.

– Дурак!" – ответил мужчина лет пятидесяти пяти и сплюнув ушел.

– Хамло, – ответил Кержи, убедившись, что он отошел достаточно далеко.

– А я слышал! – крикнул Пан Тренер.

Кержи вздохнул и полез под мое дерево за мячом.

Скоро я выучил все имена и псевдонимы. Они приходят сюда каждый день и пинают мяч. Кержи я боюсь.

Однажды Власов решил поиграть в футбол.

Он взял футболку Быстрова, но испугался, что тот заметит и даст люлей. «Люлей не хочу», – подумал Власов, – «хочу в футбол».

И вывернул футболку наизнанку. Вместо «34» получилось «43», только цифры перевернуты. «Как у араба», – подумал Власов, гордый своей находчивостью. Тут его нашел Пан Тренер.

– Дурак. Быстров увидит – люлей даст. Хоть на другой фланг перейди, может, не разглядит. Иди, пока Спивак с Ширлой разбирается. Тот его футболку вверх ногами надел.

И Власов пошел на левый фланг.

А Кержи очень любил бить по мячу. Как увидит его, так удержаться не может. Разбегается и фуячит, что есть дури, а с этим-то у него все в порядке. Однажды Власов решил пошутить над Кержи. Он приклеил мяч к дорожке перед крыльцом и спрятался в кустах, ждать когда выйдет Кержи. Но сначала вышел Арши. Он посмотрел на круглого, хотел его пнуть, но подумал, что это, наверное, Власов развлекается, и прошел мимо. А потом вышел Кежри. Увидал мячик, обрадовался и фуйнул его что есть дури. Даже не заметил, что тот приклеен был.

А Власов плюнул в сердцах и пошел в столовую.

Однажды к Пану Тренеру пришел Боровичка и сказал, что Рапопорт опять говорит про Пана гадости.

– Ничего, я его сделаю, – хищно улыбнулся Пан Тренер. – Кровью умоется!

Боровичка счел за лучшее оставить Пана Тренера мечтать одного.

Приехал в гости к Пану Тренеру Юрий Шпалыч. Привез с собой Евсеева.

– А это чудо зачем ты сюда притащил, Шпалыч?! – возмутился Пан Тренер.

– Боюсь дома одного оставлять, – вздохнул Юрий Шпалыч. – Я еще хотел Овчинникова взять, но тот как услышал, что к тебе едем, бегать начал, кричать: «Боровичка! Боровичка! Хей! Хей! Хей!» Ну его нафуй, еще у вас останется. Мне кого тогда в ворота ставить?

Так и не приехал в Удельную Овчинников.

Однажды, когда Юрий Шпалыч приехал в гости к Пану Тренеру, он взял с собой Евсеева. Идут они по Удельной вдвоем, Юрий Шпалыч СЭКС читает.

– Ой, ектиж! Ну, Евсеев, сейчас буду тебе люлей давать!

– Это, интересно, как же у Вас получится, Юрий Шпалыч? – спросил Евсеев, делая страшные глаза.

– Ты мне не зыркай. Ты на каких это наркотиках растолстел?