– Тоже верно! – согласился Толян. – Дима, как там наш ужин? – крикнул он в распахнутую снизу дверь.
Утром я проснулся позже обычного. В кубрике уже никого не было. На столе были еще теплый чай и готовые бутерброды. На верхней палубе стояла полная тишина, поэтому я понял, что спешить особо не стоит. Не торопясь, помылся и позавтракал. Взял сигарету и поднялся наверх. Весь залив был затянут плотным, густым туманом, сквозь который едва-едва был виден солнечный диск. Потянуло холодной сыростью.
– Что-то ты не по погоде оделся, – ухмыльнулся Вован.
– Смотрю, и вы не в фуфайках!
– Мы сами с полчаса как вылезли! Думали, будет, как вчера, солнечно и тепло, а тут такое! – развел руками Толян.
– А где Димон с Серёгой? – оглянулся я на пирс.
– В отличие от нас, дармоедов, они уже с полчаса как работают. Слышишь мотор?
– Да! Я слышу еще один мотор. По-моему, это наш пропащий Василий верхом на КАМАЗе. Неужели привез все, что нужно?
– Явился – не запылился! – вскочил со своего насиженного места Анатолий. – Пошли посмотрим, чем он нас обрадует.
– Извините за задержку! – встретил нас Василий, по очереди пожимая всем руки. – С ног сбились – еле завскладом нашли. Сами понимаете, времена нынче тяжелые! Особенно от него ничего никому не нужно, так как заказывать стало некому. Да и брать на складе по большому счету нечего. Все украдено до нас! – вставил он избитую за последнее время фразу из знакомого всем фильма. – Мужики! Разгружайте машину! – отдал он распоряжение курившим в сторонке работягам.
Вскоре на пирсе образовалась кучка из двенадцати буев, половина из которых была добросовестно надута воздухом. Бухта тонкого металлического троса и два десятка грузовых скоб.
– А буи зачем накачали? – спросил Вован.
– Решили хоть чем-то помочь! Вам работу ускорить! – искренне удивился Василий.
– Спасибо, конечно, но это медвежья услуга! Петрович, надо сдуть!
– Хотели как лучше! – обиженно промямлил бугор.
– А вот за то, что буев привезли побольше, как раз спасибо! – хлопнул Василия по плечу Анатолий.
– Еще какая помощь требуется?
– Да, Василь! Вес перемычек слишком большой для нас двоих. Нам понадобится грубая мужская сила, чтобы опустить их на дно, как только мы все подготовим и закрепим к ним буи.
– Окэй! Мы рядом, если что.
Не успели мы приступить к обвязке шпунтов, как к нам подбежал запыхавшийся, взволнованный чем-то кэп.
– Димон! – только и смог он выдавить из себя.
Мы сразу все поняли без дальнейших объяснений.
– Давно? – только и спросил Толян.
– Сорок пять минут! – схватился тот за голову.
– Глубина какая? – почти выкрикнул я.
– До семнадцати метров.
– Воздуха у него – максимум на десять минут! Давайте, ребята, быстро, быстро! Пойдем и мы им поможем! Ты беги, лодку подгони к катеру!
Мы собрались рекордно, за несколько минут, залезли в костюмы, схватили ласты, маски. Толян надел нам на спину полные баллоны, и мы втроем рванули на лодке к месту, где виднелись буйки.
– Последний раз я видел его пузыри где-то в пяти метрах от буев! – выкрикнул Серёга.
– Я пошел здесь, ты – чуть в сторонке! – сказал Вован, достав нож из ножен, и исчез в глубине.
Мы отошли на лодке еще с десяток метров, и я, следуя примеру Вована, выдернув нож, упал за борт. Утром вода в заливе была еще более-менее прозрачной. Проходивших мимо нас пароходов было совсем мало, и они еще не успели ее окончательно замутить своими работающими, как пропеллер, винтами. Поэтому пятиметровая видимость под водой для нас была близкой к идеальной. Я опустился до тринадцатиметровой глубины, зависнув над грунтом в трех метрах. Медленно, чтобы не поднять снизу слой черного ила, стал прочесывать змейкой территорию, заранее взяв направление движения по компасу. Минут через пять я заметил впереди большое темное пятно. Подошел поближе и увидел Вована. Он очень осторожно разрезал сеть-путанку, которой с головы до ног был обмотан наш друг. Димон оттягивал от себя намотанную сеть, а Вован осторожно ее разрезал. Я посмотрел на Димин манометр и немного успокоился, увидев на нем тридцать килограммов воздуха: аварийный запас еще оставался. Нам надо было торопиться, чтобы спокойно пройти декомпрессию. Я потрогал Вована за плечо, показал на кудло сети, конец которой уходил дальше в глубину. Он помахал головой в знак согласия, показал рукой, чтобы я был осторожен, принялся дальше освобождать Димона, срезая с него путанку. Я аккуратно поплыл вдоль натянутой сети и наконец дошел до толстого троса-хребтины, за которую был туго подвязан конец путанки. Недолго думая, стал резать ее пилкой – обратной стороной водолазного ножа, как раз предназначенного для подобных случаев. Ножи благодаря стараниям нашего Толяна были наточены на совесть, и мне хватило пары минут, чтобы разрезать толстый капроновый трос-хребтину. Затем я подошел к парням, давая понять, что можно выходить, и мы потихоньку, соблюдая декомпрессию, поднялись наверх. Там нас уже ждала лодка. Серёга с Толяном приняли наши баллоны и грузовые ремни, помогли нам с Володей вылезти.
