— Царица, — тихо поправила я и добавила в ответ на удивленный взгляд Эрейды: — Она — царица Буянии. Была ею и остается по сей день.
— Тринадцать лет? — слабо простонала Эрика с мягкого диванчика. — Целых тринадцать лет… Нарис, за что?..
— За глупость, — отрезала верховная. — Не пренебрегала бы правилами безопасности и помощью старших — ничего бы не случилось. А так… — Она горестно вздохнула и махнула рукой.
— Виорика, — не обращая на Эрейду внимания, приподнялась Эрика. — Вики…
Я немного нервно и растерянно улыбнулась, не зная, что сказать или сделать. Бо-о-оги, я так ждала этого — и что теперь?..
— Я хочу поговорить с ней. Наедине! — заявила девушка, и верховная понимающе кивнула. Но, прежде чем покинуть комнату, она улыбнулась и тихо сказала:
— Твоя просьба услышана, младшая. Страж Рэлионель оправдан, наказание отменено.
И исчезла, оставив меня глупо хлопать глазами. Я, конечно, рада за этого Рэлионеля, но зачем мне об этом знать?
— Лион это заслужил, — вздохнула Эрика, и я едва сдержалась, чтобы не хлопнуть себя ладонью по лбу.
Вот, значит, как на самом деле зовут наставника. А я еще думала, что у него слишком обычное имя для жителя сказочного королевства…
Чересчур много подробностей для сна. Или в самый раз? Все, о чем я когда-либо думала, все, что меня волновало, получало здесь объяснение… Шутки подсознания, наконец-то вырвавшегося на свободу?
От посторонних мыслей отвлекло легкое прикосновение к плечу. Эрика сидела рядом, но на самом краешке кресла, не решаясь приблизиться. Синие глаза в упор смотрели на меня, и их выражение было растерянным, беспомощным и отчаянным.
— Я знаю, что чужая для тебя, — тихо начала Эрика, сжав мою ладонь. — И понятия не имею, как это можно исправить… Я помню тебя совсем маленькой девочкой, которой рассказывала сказки и которая готова была любить меня просто за то, что я есть… Теперь ты такая взрослая… и, наверное, уже одного того, что я — это я, слишком мало для любви или иных теплых чувств…
Я сглотнула возникший в горле ком. Возможно, я выросла… Но я разговаривала с ее портретом каждый вечер, я так хотела ее найти… И сейчас она сидит напротив меня — пусть даже во сне! — и ждет, что я скажу… А что я могу сказать? Только одно…
— Достаточно уже того, что ты есть и что ты не по своей воле оставила меня, — прошептала я и неожиданно даже для себя добавила: — Мама…
— Виорика, родная!.. — выдохнула она, и в следующее мгновение я оказалась в самых надежных и уютных объятиях в мире.
«Это просто сон», — думала я, крепко зажмурившись. Сон… Но мамино тепло было столь реальным, что стало все равно — да хоть самый настоящий горячечный бред, пусть! Зато — впервые за долгие годы! — я снова могу обнять маму!
А потом мы разговаривали. О том, что случилось тогда, тринадцать лет назад.
— Я почувствовала, что он ищет меня, — тихо говорила мама, ласково перебирая мои волосы. — И запаниковала. Его мишенью могла стать ты, ведь в тебе тоже кровь Нариса. Знаешь, меня ведь и до этого искали. Тетушка и другие… Но на самих взывающих сила взывающих действует не всегда. Ни у кого нет власти над нашими душами без нашего на то дозволения, а я боялась, что первым до нас с Лионом доберется не посланник верховной, а Ргеон… И молчала, не отзывалась. Потому меня и сочли мертвой. Но Ргеон точно знал, что я жива. И пользовался другими чарами, темными, на которые моих сил не хватило бы. Самым простым выходом тогда показалось исчезнуть. На время. «Зеркало души» — неопасное заклинание, если… если тебя кто-то страхует. Я звала Лиона, но он не слышал меня, а время… поджимало, и я рискнула… Замкнула «зеркало» на вещи, которую долго носила, что надежно спрятало мою душу и не позволило Ргеону меня почувствовать. Но… я сама загнала себя в ловушку — для освобождения требовалось воздействие извне. Я надеялась на Лиона, но он… Он не нашел медальон…
— Потому что его нашел отец, — выдохнула я, — и решил, что тебя похитили. А если учесть, как они с Лионом относятся друг к другу, то неудивительно, что отец не стал посвящать его в подробности твоего исчезновения.
Как просто. И как… глупо! Судя по помрачневшему лицу мамы, она подумала о том же.
— Ты говорила про душу? — чтобы отвлечь ее от грустных мыслей и заодно утолить свое любопытство, спросила я. — Значит, сейчас ты — всего лишь дух?
— Как и ты, родная, — рассмеялась мама.
— Я все-таки мертва? — закусила я губу. — Но как… как такое возможно, что мы — здесь?
— Это Ривалэйн, Вики. Место, где обитают не только живые. Здесь много неупокоенных душ. И тех, кто пожелал служить взывающим добровольно. Но ты не мертва. Я чувствую это.
Зато я — нет… И кто знает, сколько еще продолжится этот бред? Лучше не отвлекаться на рефлексию и выяснить все, что меня интересует:
— Где же твое тело?
