Остальные шесть членов банды рассредоточились по небольшому пятачку между примыкающей к торцу гаража длинной постройкой и самим зернохранилищем. Двое прятались за ржавеющим под открытым небом ЗИЛом с продырявленной пулями цистерной вместо кузова. Машина стояла под углом к гаражу, глядя стеклами кабины на дальний угол зернохранилища. Грузовик скрывал мародеров не только от стрелка, но и от меня. Я видел только их туго зашнурованные берцы и длинные косые тени на траве. Еще двое, по-видимому, укрылись за морщинистыми стволами старых деревьев. Я определил их местоположение по звукам выстрелов. Зато двое последних просматривались как на ладони. Один то и дело высовывался из-за ведущего к бункеру элеватора бетонного пандуса, стреляя из пистолета по укрытию сталкера. Другой, самый хитрый, каким-то чудом умудрился попасть в слепую зону отчаянного смельчака и теперь поднимался по наклонной железной лестнице, прямиком ведущей к огневой точке.
Внутри частично закрытой шифером надстройки хлопнул выстрел, и не вовремя высунувший голову преступник упал лицом вниз на покрытую трещинами и зелеными шапками мха наклонную поверхность пандуса.
– Жри пули, с-сука! – мародер в грязных джинсах и черной кожаной куртке выскочил из-за кабины грузовика и длинной очередью из «калаша» насквозь прошил шиферную стену над бункером. Один из давно треснувших листов разбился на крупные куски. Серые с цветными пятнами мха и лишайников обломки с грохотом обрушились на землю. В тот же миг голова бандита резко дернулась назад, из затылочной кости вылетел багряный фонтан, и лишенное жизни тело рухнуло в траву.
Я невольно восхитился отчаянной храбростью одиночки. Он не испугался свинцового роя, а, напротив, воспользовался ситуацией, и число его противников сократилось еще на одного.
Тем временем отморозок на лестнице практически добрался до узкого проема в стене надстройки. До печальной развязки оставались считаные секунды.
Я высунулся из-за телеги, вскинул пистолет на уровень глаз и прицелился. Расстояние до цели почти вполовину превышало предельные для точной стрельбы пятьдесят метров, но я не сомневался, что попаду. Стрелять практически из всех видов оружия меня научил в армии старшина Вершинин. Он разведчиком прошел обе чеченские войны и не понаслышке знал, как важны меткий глаз и твердая рука. До службы в РВСН я как-то умудрился в школьном тире перебить поддерживающий мишени трос, зато после уроков старшины и частых визитов на стрельбище забыл, что такое стрелять в «молоко». Потом, на гражданке, без постоянных тренировок слегка потерял навык, но, как только оказался в Зоне, понадобилось немного времени, чтобы вернуть былое мастерство.
Помнится, Арамис, Гиви, Бульбаш и Копченый сильно изменились в лице, когда я, после краткого курса молодого сталкера, выдал превосходные даже для опытного стрелка результаты. Но больше всех поражался моим умениям Байкер. У бывшего бойца спецназа ГРУ никак не укладывалось в голове, как московский журналист, обыкновенный прожигатель жизни, может так метко стрелять что из пистолета, что из автомата, что из снайперской винтовки. Естественно, я ему о своем секрете не рассказал, так что для него мои феноменальные успехи так и остались неразрешимой загадкой.
Удерживая бандита на мушке, я затаил дыхание и плавно нажал на спусковой крючок. Грохнул выстрел. Отдача подкинула ствол. Звонкое эхо метнулось между стен и, словно испуганная птица, сквозь дыры в крыше вылетело из гаража. Раненый в спину преступник выронил из рук «Хеклер-Кох МП5», с похожим на ястребиный клич криком перегнулся через перила и кулем сверзился с лестницы, с треском переломав ветки растущего подле нее куста.
Гордиться собой за отличный выстрел было некогда, да и ни к чему: этот грех еще никого до добра не доводил. Видя, как их подельника подстрелили в спину, бандиты заорали, сыпля угрозами в мой адрес. Опять затрещали и загрохотали выстрелы. Пули звонко принялись клевать надстройку над бункером, дырявя уцелевшие листы шифера.
Я снова юркнул за телегу, упал на колени и сжался в комок, едва не касаясь лбом присыпанного песком и пылью бетонного пола. Подобная предосторожность оказалась не лишней. Пользуясь огневой поддержкой дружков, один из бандитов ворвался в гараж через ворота. Видимо, больше для своего успокоения, чем с целью поразить вероятного противника, он, как немецкий солдат во время Второй мировой войны, длинной очередью от бедра перечеркнул пространство гаражного бокса.
Доски тележного днища загудели от свинцового града, щедро посыпая мою голову и плечи острыми щепками. В считаных сантиметрах надо мной появилась неровная цепочка сквозных дырок. Не согнись я в три погибели, корчился бы сейчас на полу, теряя кровь вместе с жизненной силой.
Эхо от грохота выстрелов еще металось от стены к стене, а я уже выглянул в щель между досками. Бандит сдуру высадил весь магазин и теперь лихорадочно дергал рукой, пытаясь вытащить застрявший в кармане куртки запасной рожок.
