Но наагашейд не отдает так просто то, из чего можно извлечь большую выгоду. А в этой ситуации он мог запросить все, что хотел. Но его планы порушила сама девушка, когда обернулась и сказала, что в Нордас она не вернется. Голосом сказала, то есть языком. Он был так поражен, что она не немая, как считали все наги, что уперся намертво и не согласился ее вернуть ни на каких условиях.
Потом там произошла какая-то нехорошая история, в которой пострадала сама наагашейдиса. То ли заговор против наагашейда, то ли происки врагов самих нагов, толи еще что-то… Рассказывая об этом, Аршавеше хмурился. Его раздражало, что он не знает подробностей этой истории. И еще больше его злит, что, несмотря на все ухищрения, он так и не смог ничего раскопать об этом происшествии. Все лица, которые имели к этому хоть какое-то отношение, молчали.
После этого примерно через три месяца Тейсдариласа стала женой наагашейда. К тому времени она уже носила от него ребенка. Как у них все захватывающе было. У нас все куда спокойнее. В ответ на это заявление, наагасах рассмеялся и заметил:
— Конечно, спокойно. У нас никто не узнавал, что его мать оказывается принцесса, никого не пытались скомпрометировать, похитить и убить. Меня никто не хотел отравить, мне не приходилось тебя спасать и тайно жениться.
Хмм… Как-то я не подумала об этом. Хоть и моя жизнь и преподнесла мне в последнее время много сюрпризов, все равно кажется, что у кого-то другого в жизни больше нового и необычного, чем у меня. Ну да, что необычного в том, что у моего мужа змеиный хвост вместо ног? Я повеселела.
До столицы княжества Шайлешдара мы добирались около трех недель. За время пути мы останавливались во многих домах, и везде наагашейдисе и наагасаху оказывали глубокое почтение. Особенно наагашейдисе. Наги как-то странно относились к ней. Ее ценили. Ее действительно очень высоко ценили и уважали. Я вспомнила разговор наагасаха и короля Райдана, который я случайно подслушала. Аршавеше сказал, что к ней относятся как к богине. Что-то такое действительно было.
На меня очень часто бросали удивленные взгляды, а потом переводили их на наагашейдису. Но сердитое шипение со стороны наагасаха заставляло их поумерить свое любопытство. Наше сходство бросалось в глаза и здесь. Как иногда любит пошутить судьба!
Я очень много внимания уделяла тому, что меня окружает. Постройки нагов были так же, как в первом поселении, широки и просторны и при этом казались довольно изящными. Но вот крыши везде были разными. Особенно мне запомнилась двускатная крыша с загнутыми книзу и вовнутрь краями. Получалась спираль. По этому краю через равные промежутки были вывешены круглые фонари. Это поселение было недалеко от столицы. Аршавеше сказал, что такая крыша типична для этой местности. В столице в основном такие и встречаются.
Шайлешдар встретил нас высокими стенами и широко распахнутыми воротами. Я с интересом смотрела из-за полога паланкина, стараясь сильно не высовываться. Впереди двигалась процессия наагашейдисы, следом следовала процессия наагасаха. Дорога, по которой мы въехали, была вымощена камнем. По ее сторонам установлены высокие фонарные столбы. И все. Никаких домов, тесных улочек, торговых площадей. По обе стороны от дороги располагались зеленые луга и только в полуверсте от нее появлялись первые дома с загнутыми книзу крышами. Они не стояли впритык друг к другу, каждый располагался особняком. Я уже заметила, что наги очень ценят пространство и любят простор. Чем дальше мы продвигались, тем богаче и обширнее становились дома.
Сама дорога вела к огромному строению, расположенному на вершине холма. Оно тоже напоминало гору, как и дом главы рода, который я увидела первый раз. Но здесь не было хаоса разноярусных зданий. Он был упорядочен. Дворец выложен из темно-серого камня и увенчан коричневато-красной крышей, края которой загнуты книзу и вовнутрь. Внизу, на равном расстоянии друг от друга, подвешены круглые алого цвета фонари. Первый трехъярусный квадрат здания больше похож на оборонительную стену и, видимо, выполнял такую же функцию. Мы проехали через высокие кованые ворота, и перед нами открылся следующий пятиярусный квадрат уже больше похожий на жилое здание. Здесь даже каждый ярус имел веранду, увенчанную крышей.
За вторыми воротами возвышался третий, семиярусный квадрат. Он был более нарядным. Фонари на крышах через один были синими, на верандах развевались легкие алые и синие занавеси, крышу же венчал игольчатый драконий хребет. И только миновав третьи ворота, я поняла, что мы, наконец, достигли цели нашего путешествия. Перед нами, на вершине холма, уходило ввысь девятиярусное здание, увенчанное четырехскатной крышей, края которой украшали исключительно алые фонари. Веранды начинались только с третьего яруса, где куб здания сужался, и заканчивались на седьмом ярусе. Над крышей реяло длинное зеленое полотнище с изображением змеи, ощерившей пасть. По конькам крыши также вились уже знакомые по паланкинам агрессивные змеи. В окнах радужно блестели странные темные стекла.
