Я открыла рот от изумления. Нет, я понимаю, что это мужчине полагается восхищаться обликом дамы, но удержаться не могла. Я никогда его таким не видела. Волосы гладко зачесаны назад и закреплены серебряной заколкой. Одет он был в уже знакомого кроя одеяние с широкими рукавами темно-елового цвета. Из-за ворота выглядывали края двух других одеяний, поддетых под него. Одно черного цвета, а другое белого. Подпоясан он опять был очень хитро. Пояс черного цвета оказался шириной в добрых четыре вершка. Поверх него шел более узкий темно-зеленый пояс, и уже затем красный витой шнур, завязанный прямо по середине живота. Он выглядел так официально, строго и собранно, что я рядом с ним ощущала себя легкомысленной в своем ярком платье.
Но ему, похоже, мой вид понравился. Он довольно осмотрел меня и демонстративно облизнулся. Я покраснела, а госпожа Нориш тут же вскинулась:
— Даже не думай! Мы не можем опоздать на церемонию!
Наагасах наигранно вздохнул и смиренно протянул мне руку. Но, когда я подала ему свою ладонь, не удержался, дернул меня на себя и крепко поцеловал в губы. Наагасахиа возмущенно зашипела, а я еле сдержала улыбку. Губы наагасаха теперь были алыми, как краска на моих губах.
Похоже, из вредности мать не стала ему говорить о новом цвете его губ. Я тоже промолчала. По коридорам дворца мы следовали в полнейшей тишине. Когда мы стали приближаться к месту назначения, до меня донеслись легкое шипение и звуки музыки.
— Не волнуйся, — прошептал наагасах мне на ухо. — Тебе никто не будет докучать своим вниманием. Ты даже не обязана отвечать на приветствия, это моя прерогатива.
Двери перед нами открыли, и я увидела перед собой… пустое пространство, заваленное подушками. Здесь же располагался низкий столик с закусками. Со всех сторон это место окружали очень плотные занавеси длиной до самого пола. Шум голосом и звуки музыки здесь были особенно сильны.
— Устраивайтесь, — велела наагасахиа.
Наагасах разлегся в весьма непринужденной позе. Я хотела устроиться чуть в стороне, но мне никто не позволил. В итоге, я спиной привалилась к груди наагасаха, а его руки обвили мою талию. Наагасахиа зачем-то разложила подол моего платья по его хвосту. Так близко сидеть в обществе вообще прилично?
— Все, я поползла, — наагасахиа зажгла светильник на столике и покинула нас.
А через несколько минут там, за пологом, вдруг наступила тишина, а затем громкий голос возвестил:
— Наагасах Лейлаш то наагасахиаа Нориш олш део Ширрадошарр!
Шум возобновился. Аршавеше решил перевести эту нехитрую фразу.
— Наагасах Лейлаш и наагасахиа Нориш из рода Ширрадошарр. Део — это род, семья, клан.
Я кивнула, показывая, что поняла. — Приготовься.
Занавеси начали отодвигаться назад, впуская свет и шум большого зала.
— Наагасах Аршавеше то наагасахиаа Таюнас олш део Ширрадошарр!
Это был очень большой зал, залитый мягким золотистым светом и заставленный разной площади возвышениями. Некоторые из них были совсем небольшими, на них располагался только один наг, а какие-то очень обширны, там находились целые семьи. Каждое возвышение окружено пологом, сейчас они почти все были раздвинуты. Где-то занавеси были полупрозрачными, а где-то, как у нас, из очень плотной ткани. Откуда-то со стороны раздавались звуки струнных инструментов и легкие переливы флейты. Шум голосов стих, все внимание обратилось на нас. А потом наагасах взял в руки чашу с вином и отпил из нее. Разговоры опять возобновись, торжественность момента прошла.
Я украдкой осмотрелась и обнаружила всего в двух саженях от нас возвышение наагашейда. Там был сам наагашейд в шикарном черном одеянии, расшитом серебром, а к его груди привались наагашейдиса в одеянии золотистого цвета, по крою похожее на те, что носят мужчины. Ее волосы распущены, и сейчас темно- русые локоны и смоляные волосы наагашейда переплелись между собой. Они представляли очень гармоничную пару: властный, высокомерный наагашейд и дружелюбная, сильная наагашейдиса. Когда они вместе, на них хотелось смотреть и смотреть.
Но они были не одни. С ними еще была юная нагиня с черным хвостом, лицом очень похожая на наагашейдису, но с зеленющими глазами наагашейда. Девушка постоянно улыбалась и махала кому-то ладошкой. Один раз она попыталась уползти куда-то, но наагашейд обвил своим хвостом ее хвост, и она уткнулась лицом в подушки. Поднялась и обиженно посмотрела на него, но наагашейд был суров и непреклонен. Перевела просящий взгляд на наагашейдису. Та улыбнулась и… отрицательно покачала головой. Девушка сложила руки на груди и надулась.
— Это Роиша — самая младшая дочь деда с бабкой, ей всего 208 лет, — прошептал наагасах.
Хм… Всего? Он старше своей "тетки" на какие-то 24 года.
— Она у нас довольно легкомысленная, — продолжил Аршавеше, — поэтому дед очень тщательно следит за ее окружением. Ее легко обмануть и увлечь какой-нибудь авантюрной идеей.
Он подцепил с подноса бутербродик с чем-то мясным и поднес к моим губам. Я смутилась, но съела.
