Появилась еще одна женщина, азиатка со светлой кожей, плоским лицом и широким ртом. Надпись на экране гласила: сержант Эйко Накатай, седьмая рота.
– До того как присоединиться к миротворцам, я была полицейским в Токио. Я имела дело с недовольной толпой, с убийцами и сталкивалась с войсками Нод. Ничто из этого меня не пугает. Но зато меня приводит в ужас тибериум. Когда я была ребенком, он поразил моих родителей. – Сержант мрачно улыбнулась. – После этого уже нет смысла беспокоиться о всякой фигне. Кейн говорит о том, что тибериум спасет нас, но я видела, как он пожирает заживо моих мать и отца. Если это спасение, я не хочу такого спасения.
Пенни опять увидела в кадре Аннабеллу.
– В Двадцать второй дивизии есть боец, который испытывает особую ненависть к Братству Нод, – Алессио Боулз.
– Вся моя семья присоединилась к Нод. Я не мог в это поверить. Они сказали, что тибериум захватывает все и, сражаясь с ним, мы боремся с природой. Мол, тибериум – это часть созданной Богом природы. К черту весь этот непонятный треп. – Казалось, Боулзу необходимо взять себя в руки. – Они уговаривали меня пойти с ними, но я не собирался в этом участвовать. Вот почему я записался в армию. Я не смог доказать им, что они творят зло, но сделаю все, чтобы остановить его. Я рад, что служу в Двадцать второй дивизии.
Пенни удалила свою первую пометку. Теперь Аннабелла стояла на полигоне. Пенни узнала несколько солдат, работавших с оружием.
– Бойцам элитной дивизии было доверено испытание новых технологий. Рядом со мной – сержант Джошуа Бродер. Еще три года назад сержант Бродер не смог бы поступить на службу.
Пенни остановила запись – ее внимание привлекло происходящее на плоском экране. Бегущая строка гласила: «Бойцы ВОИ захватывают храм Нод».
Поместив Уильяма Фрэнка на главную голограмму, Пенни включила звук.
– Поступают сообщения о том, что солдаты ОМВОИ захватили храм Нод в Сараеве. Хотя считалось, что Кейн находился в храме, поймать его не удалось. Редмонд Бойль, исполняющий обязанности директора ВОИ, собирается выступить с заявлением для прессы.
Пенни выскочила из кабинета и кинулась в центральную аппаратную.
В аппаратной работала голограмма. За трибуной стоял новый пресс-секретарь ВОИ, и Пенни неожиданно обнаружила, что не может вспомнить его имени. Затем она подошла к своему режиссеру Эн Ди Филиппо.
– Привет, босс, – сказала Эн, – забавный день, а? Вторая камера, будьте наготове, – добавила она в микрофон.
Пресс-секретарь произнес:
– Дамы и господа, директор Редмонд Бойль.
Когда пресс-секретарь отошел в сторону, чтобы пропустить Бойля за трибуну, Пенни пробормотала:
– Я смотрю, он уже больше не исполняющий обязанности.
Эн усмехнулась:
– Может, они поняли, что он не исполнял обязанности директора.
– Благодарю вас, господа, но боюсь, у меня есть время лишь для заявления и краткой голограммы. Вопросов не будет. Несколько недель назад Братство Нод уничтожило орбитальную космическую станцию «Филадельфия». Сегодня пришло время возмездия. Сегодня утром в шесть часов по Гринвичу войска ОМВОИ захватили наземные части храма Нод в Сараеве. Пять минут назад я приказал подготовить одну из наших орбитальных ионных пушек к нанесению удара по этому храму. Кейн, лидер Нод, повинный в массовой гибели людей на «Филадельфии», закрыт в подвале под этим храмом и через тридцать секунд заплатит максимальную цену за свое преступление.
Эн побледнела еще сильнее. Пенни спросила:
– В чем дело?
Эн посмотрела на нее, и Пенни увидела страх в глазах режиссера.
– Примерно полчаса назад Кассандра передала информацию, что у Нод, возможно, есть в Сараеве жидкий тибериум. Если в него попадут выстрелом из ионной пушки…
На голограмме несколько репортеров пытались привлечь внимание Бойля. Эн взяла себя в руки, произнесла: «вторая камера», и в кадре появились другие репортеры. Они оживленно переговаривались, и Пенни, прекрасно читавшая по губам, поняла, что как минимум двое из них знали то же, что и Кассандра.
– Прошу прощения, – сказал Бойль, – но у меня нет времени на вопросы. – Затем он посмотрел в сторону и кивнул.
Через мгновение перед трибуной появилась голограмма.
Ассистент Эн сообщил:
– У нас прямая связь с этой голограммой.
– Включи ее, – сказала Эн.
Теперь в центре аппаратной на голограмме, транслирующейся всем, подключенным к «Дабл-Ю-Три-Эн», демонстрировалось изображение с камеры на орбите. Это же изображение видели репортеры на пресс-конференции Бойля. Пенни быстро взглянула на информационную панель в аппаратной и прочитала, что камера находится на погодном спутнике ВОИ. Вероятно, она была ближайшей к той из шести ионных пушек, которая должна была выстрелить по храму Нод в Сараеве. Пушки эти ВОИ вывела на орбиту несколько лет и держала их там в качестве оружия на самый крайний случай.
«Похоже, Бойль наконец устроил сам себе крайний случай», – подумала Пенни.
– Эн, добавь к транслируемому нами материалу ссылки на все сюжеты, которые мы делали раньше об ионных пушках.
– Поняла. – Эн кивнула помощнику, и он выполнил указание.
