– Семнадцатый…
– Двадцать третий… – считал Филипповский.
– На местную, сволочи! – злобно прохрипел печник. Машина давно уже вертелась витой дорогой между скал. Шоссе было похоже на канат, которым тащили море к небу. Тащили горы-бурлаки, согнув спину.
– Сорок седьмой, – безнадежно пискнул вертлявый эсперантист.
Машина пролетела мимо.
– Куда мы едем? – спросил Андреев, ухватив чье-то плечо.
– На Атке, на двести восьмом будем ночевать.
– А дальше?
– Не знаю… Дай закурить.
Грузовик, тяжело пыхтя, взбирался на перевал Яблонового хребта.
