Тигр! Тигр! (сборник) полностью

Теперь энергия прибывала бурными потоками. От всех эсперов города стекались к нему ручьи латентной энергии; сливаясь в бурную реку, неспокойное море Массового Катексиса, направлялись они к Пауэллу, настраивались на Пауэлла. Он снял все блоки и впитал все потоки. Нервная система перешла в супергетеродинный режим, безмолвно завизжала, и все стремительнее, с нарастающим невыносимым стоном начала раскручиваться турбина его разума.

Он вывалился из дома и стал блуждать по улицам, слепой, глухой, бесчувственный, погруженный в кипящую массу латентной энергии… словно парусник, захваченный тайфуном, в попытке использовать энергию ветра для спасительного рывка к безопасной гавани… Гавани на букву Б. Пауэлл сражался с устрашающим вихрем, пытаясь капитализировать латентную энергию, катектировать ее и направить к Разрушению Рейха, пока еще не поздно, не поздно, не поздно, не поздно, не поздно…

– чего не существует? – вскричал Рейх. – Не существует чего?

Он рванулся вверх, сражаясь с постельным бельем и сдерживавшими его руками.

– Не существует – чего?

– Кошмаров, – сказала Даффи Уиг&, – больше не существует.

– Ты кто?

– Это же я. Даффи.

Рейх открыл глаза.

Он лежал в затейливо декорированной постели, в затейливо украшенной спальне, на старомодной простыне под старомодным одеялом. Даффи Уиг&, вся свеженькая и накрахмаленная, упиралась руками в его плечи, пытаясь снова уложить его на подушки.

– Я сплю, – произнес Рейх. – Мне надо проснуться.

– Какую прелесть я от тебя слышу. Ложись, и сон будет продолжаться.

Рейх откинулся на подушки.

– А ведь я не спал, – сказал он мрачно. – Я впервые в своей жизни полностью просыпался. Я слышал… Не понимаю, что я слышал. Про бесконечность и ноль. Важные штуки. Про реальность. Потом я заснул и оказался здесь.

– Поправка, – улыбнулась Даффи. – Просто ради точности. Ты не заснул, а проснулся.

– Я сплю! – вскричал Рейх. Он сел в постели. – Есть у тебя чем закинуться? Чем угодно… опиум, конопля, сомнар, лефеты… Мне нужно проснуться, Даффи. Мне пора обратно в реальность.

Даффи склонилась над ним и крепко поцеловала в губы.

– А как тебе такое? Достаточно реально?

– Ты не понимаешь. Все это были иллюзии… галлюцинации… всё. Мне нужно перестроиться, переориентироваться, реорганизоваться… Пока еще не поздно, Даффи. Пока не поздно, не поздно, не поздно, не поздно…

Даффи всплеснула руками.

– Вылечили, тоже мне! – воскликнула она. – Сперва чертов доктор напугал тебя до обморока. Потом поклялся, что с тобой все будет в порядке… а теперь посмотреть только на тебя. Ты совсем рехнулся! – Она встала на колени и затрясла пальцем у Рейха перед носом. – Еще одно слово в этом духе, и я звоню в Кингстон.

– Кто? Что?

– В Кингстон. В госпиталь. Туда таких, как ты, отправляют.

– Нет. Кто бишь, ты сказала, напугал меня до обморока?

– Доктор. Знакомый.

– На площади перед полицейским управлением?

– Так точно.

– Ты уверена?

– Я с ним вместе была, тебя искала. Твой дворецкий мне сказал про взрыв, и я забеспокоилась. Мы еле успели прийти тебе на помощь.

– Ты видела его лицо?

– Видела ли я его лицо? Да я его поцеловала.

– На что оно было похоже?

– Лицо как лицо. Два глаза. Две губы. Два уха. Один нос. Три подбородка. Послушай, Бен, если ты вздумал опять завести шарманку про явь и сон, про реальность и бесконечность… это тебе не реклама, ну честно.

– Ты меня сюда привезла?

– Конечно. А как бы я упустила такую возможность? Единственный шанс затащить тебя в мою постель.

Рейх усмехнулся. Потом расслабился и проговорил:

– А теперь, Даффи, можешь меня поцеловать.

– Мистер Рейх, вас уже целовали. Или это было, когда вы еще бодрствовали?