— Луиза Кемп, сэр.
— Нет, не сэр! Мистер Мишлет. Или, если пожелаете, месье Мишлет. Посмотри на меня, дитя.
Салли подняла глаза. У него было обрюзгшее, алчное лицо, доброе и вместе с тем похожее на ястребиную морду. Он протянул ей руку. Она пожала ее, но он не отпустил ее кисть, а приблизил к своему лицу.
— Мягкая рука, — заметил он. — Вы горничная, Луиза?
— Да, я работала личной горничной, мистер Мишлет.
— Да, очень мягкая рука. И личико симпатичное. Что ж, Луиза, рад знакомству. Надеюсь, мы еще поболтаем.
— Я тоже надеюсь, мистер Мишлет.
Он несколько секунд держал ее руку в своей. Когда же наконец отпустил, Салли слегка кивнула головой, что можно было принять за неловкий реверанс смущенной девушки.
— Пойдем, — позвала Элиза.
Салли пошла за ней, чувствуя спиной взгляд мистера Мишлета.
Когда они зашли в спальню — убогую комнатку под крышей с двумя узкими кроватями и одним комодом, Элиза, убедившись, что слуга ушел, сказала:
— Ненавижу его. Он не трогает меня только потому, что я не такая симпатичная, как ты или Люси. Бедная Люси, даже не знаю, где она сейчас…
— А что случилось?
— Обычное дело. Я пыталась ее предупредить, правда. У нее будет ребенок, и ей наверняка придется оставить его в каком-нибудь приюте. Ей будет сложно найти работу без рекомендации. Но не вздумай отказывать ему, это чревато неприятностями. Он пожалуется хозяину, и ты тут же окажешься на улице. Поэтому лучше держаться от него подальше.
— А какой он, хозяин?
— У меня от одного его вида мурашки по спине бегут. От того, как он сидит и смотрит в одну точку. Я не часто его вижу, он не любит, когда мы попадаемся на глаза. Хотя мне его даже жаль, он ведь парализованный. И полностью зависит от этого месье — когда моется, одевается и всякое такое… Надо опасаться Мишлета.
Таким образом, Салли стало ясно, что до Цадика можно добраться только через его слугу. «Но всему свое время», — твердила она себе, дрожа под тоненьким одеялом и чувствуя себя как солдат во время похода. Как говорил ее отец, вернее, человек, которого она всегда считала своим отцом, нужно держать порох сухим.
Салли спала, ей ничего не снилось, и она проснулась, когда в шесть часов Элиза потрясла ее за плечо. Униформа оказалась чуть великовата, но Салли затянула потуже фартук и более или менее приспособилась.
— Надо зажечь камины по всему дому, — сказала Элиза. — Как обычно, только здесь они горят целый день напролет. Столько угля на это идет! Недавно установили лифт, чтобы поднимать и спускать его каталку. Я уж думала, что уголь можно будет на лифте поднимать, как же — все равно по лестнице таскаем. Убираться приходится очень тщательно, он такой придирчивый, найдет пылинку — жди неприятностей. Сначала уберешь столовую, потом гостиную. Я пойду в библиотеку, потом приберусь в холле, а затем отправимся наверх. Завтрак в полвосьмого.
Вымыв холодной водой четыре камина, почистив их и насыпав в каждый угля, Салли чувствовала себя грязной и неухоженной, когда все слуги сели завтракать. Однако, пока она убиралась, у нее было время подумать, что предпринять дальше, и она тихо обратилась к миссис Уилсон, когда они принялись за кашу с чаем:
— Миссис Уилсон, мэм? Можно попросить вас об одолжении? Я знаю, что работаю здесь без году неделя, но я обещала сообщить своей старенькой маме, как только устроюсь на работу. Она ждет, что я пошлю ей немного денег, и если я выбегу всего на несколько минут, то успею на почту в полдевятого. Я мигом, только туда и обратно, мэм…
Миссис Уилсон посмотрела на нее с сомнением. Салли решила, что, вероятно, перегнула палку, и сказала, что тогда, может, кто-нибудь другой сможет отправить письмо попозже, но та кивнула и пробормотала:
— Только смотри, чтобы мистер Клегг тебя не заметил. Действуй на свой страх и риск.
— Спасибо, миссис Уилсон, — поблагодарила ее Салли.
Она доела кашу, которая была довольно вкусная, хотя и в небольшом количестве, и подождала, пока уйдет мистер Клегг, прежде чем улизнуть на улицу. До почты было недалеко, а так как завтрак был гораздо более легким, чем ужин, уже через пять минут, пробежав под дождем всю дорогу, Салли стояла у стойки почтового отделения за углом. Удача опять была на ее стороне — здесь не только принимали телеграммы, но даже не было очереди. У нее не ушло много времени, чтобы написать на бланке несколько слов: ВО ЧТО БЫ ТО НИ СТАЛО ПРИШЛИТЕ ХОРОШУЮ РЕКОМЕНДАЦИЮ НА ИМЯ ЛУИЗЫ КЕМП ПО ПРИШЕДШЕМУ ЗАПРОСУ ТЧК ЧРЕЗВЫЧАЙНО ВАЖНО ТЧК ОБЪЯСНЮ ПОЗЖЕ ТЧК САЛЛИ ЛОКХАРТ
Она отдала телеграмму, заплатила и помчалась обратно.
Оставалась еще одна проблема: что делать, когда из «Петикс», из агентства, пришлют девушку? Но отступать было поздно. Она дождалась, когда слуга останется один в гостиной, быстро проскользнула туда и закрыла за собой дверь.
— Что ты делаешь, а?! Луиза! Ты не должна быть здесь в такой час…
Она поднесла палец к губам. У Мишлета блеснули глаза. Он подошел поближе, и она шепнула:
— Месье!
— Vous parlez francias? Mais… [20]
— Чуть-чуть. Пожалуйста, мистер Мишлет, вы можете мне помочь?
— Что же тебе нужно?
