— Так дом его мамаши находится в нашем поселке. Единственный дом, который остался от прежних времен. Вот его по месту жительства и записали в нашу элитную школу, — тут же пояснил сын директора школы.
— И что? — брезгливо произнес сын банкира. — Нельзя было этот дом купить и избавить нас от лицезрения этого босяка? Он своим видом оскорбляет звание человека!
Все снова громко заржали.
— Я слышал, — вмешался сын главы поселения, — что их сосед — владелец холдинга «Расторгуй» — хочет прикупить их участок, чтобы расширить свой. Ему не хватает земли для теннисного корта. Вот тогда эти нищеброды уберутся из нашего поселка, и, автоматически, этот дрыщ вылетит из нашей школы!
— Если вы все закончили упражняться в ослоумии, то я, пожалуй, пойду. Мне еще ужин готовить, скоро мама с работы придет, — хмуро ответил местный пария. — Хрен ему, а не наш участок и дом. Ясно? Ничего мы ему не продадим. Тем более за те копейки, которые он предлагает. У самого денег миллиарды, а нас облапошить хочет.
— Ты глупец! — презрительно воскликнул сын банкира. — Он поэтому и богатый, что считает каждую копейку. И где можно экономит.
— Он точно больной и малахольный, — уверенно заявил сын главы поселения. — Слушай сюда, придурок. Не захотите продать дом и убраться отсюда подобру-поздорову, так его у вас просто отнимут. Бесплатно!
— Это как? — удивился изгой. — Мы в суд подадим.
Все снова дружно заржали.
— Слушай ты, юродивый, — произнес сын прокурора хамовато, — а ты сколько судье занесешь, чтобы он вынес приговор в твою пользу?
— А чего это я должен ему что-то заносить? — возмутился их оппонент. — Есть закон! И он един для всех!
— Предку расскажу, он уссытся от смеха! — заржал сын прокурора. — Ты точно дебил! Законы для таких лузеров как ты! А мы над законами, потому что наши родаки сами закон! Как мы решим, так и будет.
— Не много ли вы на себя берете? — усмехнулся их одноклассник. — Как бы не надорваться от такой уверенности в себе. Дайте пройти! Это вам время некуда девать, а мне работать надо.
Произнося эти слова, он даже не отследил момент, как ему за спину зашел спортсмен и ударил его обрезком водопроводной трубы по голове. Не успев проронить и звука, юноша упал на землю, после чего остальные зеваки принялись яростно пинать его ногами, набросившись как дикие звери на свою жертву.
— Стойте! — крикнул сын главы поселения, прекратив избиение бездвижного тела. — Нас просили его всего лишь проучить, — он резко присел и стал всматриваться в залитое кровью лицо юноши. Потом приложил сложенные пальцы к шее и в ужасе вскочил: — Вы его убили, придурки!
Боль! Пронзающая каждую клетку тела. Острая. Нестерпимая. И темнота.
Охотник попробовал пошевелить руками, затем ногами. Безуспешно.
— Неужели меня парализовало, когда этот драный тигр упал на меня сверху? — мысли вихрем проносились в его сознании. — Получается, я так и останусь лежать под этой неподъемной тушей и меня заживо сожрут хорьки и мыши?
Неожиданно, откуда-то изнутри, послышалось недовольное фырканье и возмущенный голос проскрипел:
— Ты кого драным назвал? Меня? Короля тайги? Двуногий кожаный мешок!
— Я, конечно же, очень извиняюсь, — вмешался третий голос, — но позвольте узнать. Вы вообще кто? И что вы все делаете в моей голове?
— Я не понял, что значит — кто мы? И в каком смысле — твоя голова? Ты сам-то кто? — Охотник не скрывал своего негодования.
— Я — Толик Кузнецов, ученик одиннадцатого класса.
— В такие годы нужно уже быть не Толиком, Толяном, или еще каким-то там Толькой, а Анатолием! — назидательно произнес Охотник. — Ты, пацан, как в тайге-то оказался? Это раз! И кто с тобой там скрипит, как не смазанная дверь? И почему так темно? Наступила ночь? А звезды и Луна где? — продолжал непрерывно бурчать Охотник.
— Почему в тайге? — удивился Анатолий. — Я нахожусь в Подмосковье. Не знаю почему темно именно у Вас, а у меня темно, потому что глаза мои закрыты. Сейчас попробую их открыть.
Сначала появился размытый дневной свет, который быстро разъяснился являя взору синее небо и обычный неказистый забор.
— Слышь, пацан, а ну поморгай веками, — попросил он. Солнечный свет исчез, появился и снова исчез.
— А где тигр? И что это за забор? — недоуменно спросил он.
— Какой тигр? Не было тут никакого тигра, — ответил голос Анатолия.
— Поверни голову влево-вправо! — скомандовал Охотник. Показались заросли травы, асфальтированная дорога, заборы и дома. — Это не таежный поселок, — сделал он очевидное заключение, и потом добавил: — И это не мое тело!
— Дошло до дебила, — ехидно проскрипел второй голос, — как ты только смог меня убить, с такими тупыми мозгами?
— Ты кого тупым дебилом назвал, урод? — взвился Охотник.
— Тебя, конечно. Я то уже все давно понял! — самодовольно ответил второй.
— Вы убили человека? — робко спросил Анатолий.
— Он вообще матерый убийца! — мстительно произнес тот, что скрипучий, — ему не то что двуногого, ему благородного тигра, который, кстати, в Красной книге под охраной находится, убить — раз плюнуть! Браконьер несчастный и убивец!
