— Тебе нужна причина? Получай! Я горжусь тем, что уже сейчас смог сам заработать и купить эту машину. А ты ездишь на машине, которую тебе купили твои родители. А без них и их денег, ты сама ничего купить не можешь. Ясно тебе?
— Браво! — засмеялась и захлопала в ладоши Софа. — Ну что, Бетти? Съела? Ну право, что ты все время нападаешь на Толика?
Лицо Беатриче пошло красными пятнами. Она открыла было рот, чтобы сказать какую-то очередную гадость этому дерзкому нахальному плебею, но, передумав, гордо вздернула носик и сказала:
— В отличии от некоторых, у меня все есть и без того, чтобы работать! Ребят, мы идем или будем и дальше тут дурака валять? — она развернулась на сто восемьдесят градусов и направилась ко входу в магазин.
— До свидания! — Леня и Софа попрощались с Анатолием и его мамой и отправились догонять Беатриче.
— Сынок, кто эта девушка? — спросила, улыбаясь, мама.
— Мажорка одна! Подружка Софы. Будет учиться с нами в одном классе. Представляешь, ее зовут Беатриче! Хорошо, что не Дездемона!
— Это итальянское имя. Она итальянка? По темпераменту похожа.
— Да какая она итальянка. Просто выпендрежница! Ее папаша, говорят, помешан на всём итальянском, вот и назвал так дочку. Они долго жили в Италии, и недавно вернулись на родину. Говорят так же, что ее папаше там хвост прижали.
— Мне кажется, — снова улыбнулась женщина, — она к тебе очень неровно дышит. Уж поверь мне, дорогой.
— Мама, она меня презирает. Ты бы видела, как она на тебя посмотрела, — раздраженно ответил Анатолий. — Она мне не нравится. Из-за нее у нас сегодня чуть не произошли большие неприятности. Не хочу о ней больше говорить, идем в магазин. Надеюсь, больше с ней не пересечёмся.
Так и вышло. Они купили обувь маме, новые джинсы и рубашки Анатолию и еще бытовые мелочи. Анатолий зашел в отдел игрушек и там кое-что приобрел. Потом — в отделе кулинарии — они закупились полуфабрикатами и направились обратно к машине. Внедорожник, на котором приехали его одноклассники, все еще стоял на стоянке.
Быстро загрузив покупки в машину, они направились домой, где, уже спустя четверть часа, мама занялась приготовлением ужина, а троица отправилась в свою комнату.