С верхних площадок я следила, когда все ребята намоются и покинут баню. Изображая занятость пустыми делами, я старалась не попадаться на глаза, чтобы не спросили, почему я не принимаю душ вместе со всеми? Заштопав чуть надорвавшуюся по шву рубашку, пострадавшую из-за Сандо, я вертелась там и тут, то протирая что-то, то таская с умным видом. Пока все девятнадцать, со смехом, шутками и удовлетворенными восклицаниями не вывалили наружу и не пошли в общежитие. Многие даже не одевались, довольствовавшись обмотанным вокруг бёдер полотенцем. Не совсем нагишом, к счастью! Я присела ярусом выше за перилами и выжидала в темном уголке, поодаль. Меня не видно, а они – как на ладони. Вот высокий Джеро, походка вразвалочку, весь лоснится своей красотой и не идёт, а гарцует, как молодой жеребец, вот Чимин, которого к моим мучениям я и по утрам таким вижу, вот Джин, уже в штанах и рубашке, завязывает пояс, хотя мог бы дойти до своей комнаты и без него. Будто подозревает, что мои взгляды плутают рядом. Хотя Рэпмон выходит не ню, я всё равно отвожу глаза. Следом маршируют Ви и Шуга. Неизменно держатся рядом, такие симпатичные в этих полотенцах, юные и озорные. Сандо вышагивает одним из последних, с такой осанкой, что похож на крадущегося вора. Так, вот ещё двое, ещё, ещё один… я пересчитала в голове по именам всех и осторожно принялась спускаться. Прижимая к груди большое полотенце, мыло и шампунь, я протиснулась вдоль стен до входа в баню. Может, повесить табличку «на ремонте»? Или ещё что-нибудь, чтоб любопытные не лезли. Да где там, отбить у этих парней интерес! Они ж и через «не лезть – убьёт!» заглянут.
Душевые были сделаны очень неудобно – без полок и крючков, что некуда положить одежду. Сначала шла раздевалка, где оставлялись вещи, а потом уже коридор до «парилки» с бочками, в которых мы с Ви отмокали в прошлый раз. Коридор никак не отделялся от душевых, он был проходной через открытую комнату, вдоль стены которой и висели краны и шланги с лейками. Никаких кабинок, никаких заслонов и перегородок. Как хочешь, так и выкручивайся. Естественно, изгаляться незачем, когда ты парень среди своих собратьев. Но мне придётся выживать в армейских условиях. Разутая, я высунулась на улицу и окинула взором перспективы. Никого. Свет включать не буду. Если меня не берут на ночные тренировки, то я вдоволь научусь видеть во мраке мытьём во тьме кромешной. Да и что тут видеть? Три себя и ладно. Главное не задерживаться на этот раз и ретироваться при малейшем шорохе. В ванной покайфую, когда уговорю Лео или Джина постоять на шухере. Если это реально. Угу, и спинку мне потереть. Лео мне её почешет граблями, или приложит по ней своей палкой. Хорошо если не тем мечом, который я регулярно видела на его поясе в дневное время. А если им, то пусть хотя бы плашмя.
Принятие душа заняло у меня каких-то десять-пятнадцать минут. Не растягивая остроту ощущений, между наслаждением и опасностью быть разоблаченной, - ах, ну что за мелодраматичная ситуация! – я закрутила краны, сходила к бакам и чанам, из которых вытащила пробки спустить воду по трубам, идущим к обрыву (промою их и полы завтра, сейчас не до того) и, на ощупь, вышла в прихожую. Туда, где оставляла свои вещи. На скамьи падал смутный свет со двора и поддувало ночным ветерком. Но одежды моей на месте не было. Что за черт?! Я же оставляла её здесь! Кто её взял?! Как посмел? Зачем? Почему я не услышала? Потому что вода лилась и шумела, естественно, и если кто-то хотел забрать мои пожитки и приходил осторожно, то я никак не могла этого заметить. Я тут же подумала о Сандо. И как мне теперь быть? Даже полотенца не оставили, негодяи, кто бы это ни был! Я не могу выйти голой отсюда и пройти через монастырь, а, значит, не могу отсюда выйти совсем. Но зачем это сдалось кому-то, если он не знает, что я девчонка? Ради издевки? Это точно Сандо. Черт, черт, черт! Как мне выбираться отсюда? Со двора тянуло холодком, и я вернулась к душевым погреться. Потоптавшись во влажном и пока ещё нагретом помещении, я проклинала всех, кто даже трусов здесь своих не забыл. Меня бы выручило, что угодно. И звать на помощь не выйдет. Кричать чуть ли ни с самого низа на самый верх «Лео!» - это и в анекдоте смешно не будет. Джин со всеми, и чтобы привлечь его внимание, надо пробраться в самую гущу событий. Я высунула нос из проёма, на котором тоже не висело двери, и даже петель не было. Какой горе-архитектор сочинил баню без двери? Извращенец несчастный!
По лесенке справа двигалась какая-то тень. Испугавшись, что кто-то сейчас придёт сюда, я сжалась и собралась отступить, спрятавшись в какой-нибудь шкафчик, если влезу, что вряд ли, но вовремя разобрала очертания Джина. Спаситель! Он явно направлялся в мою сторону, но подойдя метров за десять застопорился, нерешительно вглядываясь в черную прорву входа и окна, не излучающие света.
- Эй! Пс-с! – тихо позвала я. Джин навострил уши, удивившись, и сделал ещё шаги. – Стой, подожди, не подходи!
- Хо, что случилось? – услышал он озабоченность в моем голосе.
