Его ответ был немного уклончивым, видно было, что он искал подходящие слова, может быть, стараясь не обидеть нас: «Компания, в которой я работаю принадлежит американцам, и некоторые из них… как бы сказать… консервативны в своих взглядах, им может не понравиться, что я участвую в исследованиях за пределами фирмы». После недолгой паузы Сол продолжал: «К тому же официальный статус МДМА в нашей стране не ясен. Обычно мы придерживаемся в таких вопросах рекомендации развитых стран, если, конечно, правительство не решит, что препарат может представлять пользу для людей».
Ага, значит, еще не известно, можно ли на законных основаниях производить в Бразилии партию МДМА. Может быть Гиоргио и компания чересчур оптимистичны, и все на самом деле гораздо сложнее, чем им хочется думать.
Шура заерзал на переднем сидении и попытался подвести итог: «Вы имеете в виду, что никто не знает, можно ли, не нарушив закон, произвести и применять препарат в клинике?»
— Насколько я понимаю, в данный момент врачам необходимо предоставить правительству информацию о пользе препарата, испытав его, например, на больных СПИДом или другими неизлечимыми болезнями. После этого будет получено разрешение на производство и внедрение в врачебную практику. До этого — совершенно неясная ситуация.
— А кто-нибудь занимается осуществлением данного плана, кто-либо работает с правительством? Или мы слышим только планы и намерения?
За поворотом показались очертания въезда на знакомые участки. В свете фар я неожиданно увидела громадное дерево, усыпанное белыми цветами.
Тропики. Настоящие тропики. Все растет не по дням, а по часам, природа настолько обильна и разнообразна — голова кружится от ее богатства.
Доктор Сол сбавил скорость до минимальной внутри поселка, и отвечал на вопрос: «И да и нет. У доктора Хектора есть очень влиятельный друг, и скоро он будет разговаривать с людьми в правительстве о планах создания клиники. Мне кажется логичным то, что мы можем сейчас приступать к синтезу вещества для клиники, пока вы в Бразилии и можете передать нам свой опыт».
Я заметила, что Шура облегченно вздохнул.
Нам надо верить этим людям. В конце концов наши новые друзья достаточно влиятельны для того, чтобы выйти на нужных людей в правительстве, если они говорят, что все в порядке, мы должны расслабиться и положиться на них.
Дома нас уже ждали доктор Хектор и наши хозяева. Лена принесла чай со льдом и вино, разговор сначала зашел о впечатлениях от представления. Когда смех утих, Гиоргио встал и очень серьезным тоном произнес: «Господа, у меня есть важная информация о мистере Борхе, которой я хотел бы с вами поделиться».
Все сразу замолчали, так что я могла слышать, как шелестят листочками комнатные растения.
Надеюсь, это показатель хоть какого-нибудь движения воздуха — в гостиной очень душно.
«Я хотел бы сообщить вам, при каких обстоятельствах мистер Борх вынужден был покинуть США. Я только что получил соответствующее донесение частного детектива». — Гиоргио обвел нас многозначительным взглядом.
Он явно склонен к драматизму.
«Вышеупомянутый мистер Борх подозревается в присвоении капиталов одной крупной чикагской инвестиционной компании, и полиция до сих пор очень хочет допросить его по этому поводу».
Слава Богу! Теперь у наших друзей не останется иллюзий по поводу этого очаровательного мошенника.
Лена закрыла лицо руками, сообщение ее сильно потрясло, она прошептала что-то по-португальски, видимо: «О, Господи!» Доктор Сол задумчиво кивал головой, а мы с Шурой всячески старались скрыть радость по поводу такого оборота событий. (Мы позже признались друг другу, что до этого момента испытывали неловкость каждый раз, когда речь заходила о мистере Борхе).
В конце разговора о деяниях чикагского беглеца Хектор выдал фразу дня, по крайней мере, для нас с Шурой. Обращаясь к Гиоргио, он сказал: «Ты помнишь, как Борх рассказывал нам, что весь эликсир, использующийся в санатории был приготовлен доктором Бородиным? Я еще тогда сказал, что хочу найти этого Бородина, и задать ему пару вопросов. Ты помнишь, как он заявил, что Бородин — Папа римский в данной области знаний, и что нам не стоит даже пытаться идти на контакт с этим великим человеком — только сам Борх имел доступ к святая святых».
Шура заулыбался, а я расхохоталась, схватившись за живот, чуть не сползая с кресла — в этот момент можно было позволить себе такое поведение.
— Он сказал «Папа римский»?
— Да-да, клянусь вам.
— Мне нравится эта идея — быть женой Папы римского! — смогла выдавить я.
На этой веселой ноте мы пожелали друг другу спокойной ночи.
Понедельник.
