Испытательница кивнула, сделала пару пометок и перешла к следующей фотографии, продемонстрировав зеленый двухдверный автомобиль с вашингтонскими номерами.
– Это моя машина. В старших классах на ней ездила. На хрена вам это все нужно?
Испытательница промолчала, сделала еще пару пометок и снова провела по экрану пальцем, на этот раз показав фотографию небольшой керамической мыльницы, только вместо мыла на ней лежала кучка серебряных потускневших колец.
– Похоже на мыльницу.
– И все?
Испытуемая кивнула.
– Вы ее не узнаете?
– Нет. А должна?
Испытательница улыбнулась.
– Вы ничего не должны. Меня интересует то, что вы помните.
Она перелистнула на следующее изображение: чрезвычайно детализированный абстрактный рисунок из линий и крошечных символов, при ближайшем рассмотрении оказавшийся сложным, запутанным лабиринтом.
– Это картина. Я купила ее на аукционе в Ванкувере в прошлом году, она висит у меня в спальне. Откуда у вас эти фотографии?
– Пожалуйста, давайте сосредоточимся на опросе.
– И при чем тут то, что я помню? Я что, должна была вспомнить мыльницу?
Испытательница улыбнулась.
– Мы закончим быстрее, если вы будете сохранять спокойствие.
Испытуемая вскочила со стула.
– Да щас. Я хочу знать, что происходит. Ну?
– На первые четыре фотографии вы так не реагировали.
– В смысле?
– Только пятая фотография вас разозлила. Почему?
– Что? – надломленным голосом спросила испытуемая и уставилась на трясущиеся руки. Она медленно села обратно. – Я не понимаю, что происходит. Плохо помню некоторые моменты. Меня похитили. Кажется.
– Дать вам воды?
– Это тоже входит в опрос?
Испытательница лишь улыбнулась.
– Что происходит?
– Если вы расслабитесь и будете отвечать на вопросы, то выйдете отсюда через десять минут. Даю слово.
Испытуемая втянула носом воздух, а затем выдохнула.
– Ладно. Давайте уже закончим.
Испытательница отметила, насколько измотанной выглядит женщина, и решила поговорить с руководством о способах задержания и перевозки испытуемых. Тем временем та поежилась.
– А нельзя побыстрее, пожалуйста?
Испытательница перелистнула фото. На нем была изображена средних размеров собака, держащая мяч в пасти. Судя по всему, ее сняли на пляже.
– Это собака.
– И все?
– Какой-то спаниель. Наверное, спрингер.
Испытательница сделала пару отметок в бланке, перевернула страницу и продолжила писать там.
– Можно быстрее? – снова попросила испытуемая, подтянув колено к груди.
– Вам нужен перерыв?
Испытуемая опустила ногу и наклонилась вперед.
– Нет.
– Представьте, что кто-то тонет. Вы единственная, кто может спасти этого человека, но вам доподлинно известно, что тогда он навредит множеству животных. Как вы поступите?
– Это что за вопрос?
– Боюсь, я их не выбираю.
– Ладно, все просто. Пусть тонет, урод.
Испытательница поставила новые галочки и продолжила:
– Вы были беременны в прошлом или в настоящее время?
– Эпаньоль.
– Простите?
– Собака. Не спрингер, а бретонский эпаньоль.
– Еще что-нибудь?
– В смысле?
– Вы не узнаете ее?
– Нет. Или… а можно еще раз взглянуть?
– Боюсь, нет.
– Я не беременна.
Испытательница сделала несколько пометок и перешла к следующей фотографии: крупному плану похожей на Таро карты, подписанной «Путешественник».
– Вы узнаете эту карту?
Испытуемая покачала головой.
– Можете ответить устно?
– Зачем? Или вы запись ведете?
– Нет, но я измеряю и записываю вашу физиологическую реакцию на вопросы.
– Каким это образом?
Испытательница улыбнулась.
– Такая у меня работа. – Она постаралась сделать улыбку как можно менее угрожающей. Она давно работала над приветливостью и искренностью и мысленно отметила, что позже нужно будет проверить свою улыбку на записи.
Разумеется, они вели запись.
Испытуемая выглядела взволнованной. Она нервничала, ерзая на стуле.
– Последние два вопроса, – сказала ей испытательница.
– Ну наконец-то.
Испытательница улыбнулась и наклонилась вперед.
– Вы играете в «Кроликов»?
Во взгляде испытуемой мелькнуло… не узнавание, но что-то еще. Испытательница решила, что проверит и это, когда будет пересматривать запись.
– В каких еще «Кроликов», на хрен? – спросила испытуемая. – Как можно притворяться животным?
– Хорошо, – сказала испытательница. – Мы почти закончили.
Испытуемая медленно выдохнула и кивнула. Похоже, она изо всех сил старалась оставаться спокойной.
Испытательница выключила планшет и улыбнулась.
– Последний вопрос. Как вас зовут?
– Эмили Коннорс. Сами представиться не хотите?
Испытательница пристально посмотрела на Эмили, а затем надела колпачок на ручку с неожиданно громким щелчком.
– Большое спасибо, что пришли.
В этот момент в комнату вошел мужчина в темно-сером костюме и протянул Эмили черный мешок.
– Наденьте, – сказал он.
– Еще чего.
– Тогда будем действовать по-другому. – Он достал шприц и шагнул к Эмили.
– Ладно. – Она выхватила мешок из рук мужчины и натянула на голову.
Испытательница откинулась на стуле и потерла глаза. Похоже, пора было искать передержку собаке, ведь поездка домой не светила ей еще долго.
У них появилась проблема.
Последнее время Роуэну Чессу снились очень странные сны.
