Мать умерла.Отец ушел на фронт.Соседка злаяНе дает проходу.Я смутно помнюУтро похоронИ за окошкомСкудную природу.Откуда только —Как из-под земли! —Взялись в жильеИ сумерки, и сырость…Но вот однаждыВсе переменилось,За мной пришли,Куда-то повезли.Я смутно помнюПозднюю реку,Огни на ней,И скрип, и плеск парома,И крик: «Скорей!»,Потом раскаты громаИ дождь… ПотомДетдом на берегу.Вот говорят,Что скуден был паек,Что были ночиС холодом, с тоскою, —Я лучше помнюИвы над рекоюИ запоздалыйВ поле огонек.До слез теперьЛюбимые места!И там, в глуши,Под крышею детдомаДля нас звучалоКак-то незнакомо,Нас оскорблялоСлово «сирота».Хотя старушкиМестных деревеньИ впрямь на насТак жалобно глядели,Как на сирот несчастных,В самом деле,Но время шло,И приближался день,Когда раздалсяПраведный салют,Когда прошлаВоенная морока,И нам подъемОбъявлен был до срока,И все кричали: —Гитлеру капут!Еще прошлоНемного быстрых лет,И стало грустно вновь:Мы уезжали!Тогда нас всейДеревней провожали,Туман покрылРазлуки нашей след…<p>Ночь на родине</p>Высокий дуб. Глубокая вода.Спокойные кругом ложатся тени.И тихо так, как будто никогдаПрирода здесь не знала потрясений!И тихо так, как будто никогдаЗдесь крыши сел не слыхивали грома!Не встрепенется ветер у пруда,И на дворе не зашуршит солома,И редок сонный коростеля крик…Вернулся я – былое не вернется!Ну что же? Пусть хоть это остается,Продлится пусть хотя бы этот миг.Когда души не трогает беда,И так спокойно двигаются тени,И тихо так, как будто никогдаУже не будет в жизни потрясений,И всей душой, которую не жальВсю потопить в таинственном и милом,Овладевает светлая печаль,Как лунный свет овладевает миром…
1967
<p>В глуши</p>Когда душе моейСойдет успокоеньеС высоких, после гроз,Немеркнущих небес,Когда, душе моейВнушая поклоненье,Идут стада дрематьПод ивовый навес,Когда душе моейЗемная веет святостьИ полная рекаНесет небесный свет, —Мне грустно оттого,Что знаю эту радостьЛишь только я один:Друзей со мною нет…
