За широким столом возле помоста сидела компания завсегдатаев: три подозрительных парня, матрос с затекшим глазом и две женщины в цыганских шалях. По шумному веселью за тем столом нетрудно было понять, что для этих клиентов у трактирщика нашлось кое-что покрепче чая. Гармонист перегибал через колено обшарпанные мехи гармошки и, безголосо напрягая глотку, пел «Лимончики» — песенку уголовных дебрей Молдаванки:
Компания вразнобой подхватывала припев:
Матрос на ложках дробно отбивал такт.
Прочие посетители с опаской и любопытством прислушивались к их разухабистому веселью.
Время перевалило за три. «Свой» не появлялся. Сколько ни оглядывал Алексей столики, он нигде не видел бумажного пакета, обмотанного цветной ниткой.
В двадцать минут четвертого он решил, что «свой» уже не придет. Это сильно осложняло положение. Теперь не оставалось ничего другого, как, не откладывая до вечера, идти в уездную ЧК и просить помощи.
Сунув недоеденный корж в карман, он вышел из трактира.
На раскаленной привокзальной площади было пусто, толпа разбрелась, лишь под деревьями, в холодке, сидели нищие да у базарных рундуков бродили женщины с кошелками. Алексей двинулся к ним, чтобы узнать адрес ЧК, и тут увидел Галину.
Она появилась из-за кирпичного здания вокзала и быстро шла через площадь. Было похоже, что домой она еще не заходила: при ней был ее дорожный узелок, поддевочка перекинута через локоть.
Лишь дойдя до середины площади, она заметила Алексея, и ему показалось, что первым ее желанием было свернуть в сторону. Но когда он приблизился, она сказала спокойно и неприязненно, как обычно разговаривала с ним:
— Гуляете? Говорила я вам, что поезд вечером,
— Это я и без вас знал. Куда вы собрались?
— В харчевню. Дома ни крошки съестного.
— А это зачем? — Он указал на ее узелок..
Она бегло осмотрела площадь.
— Через полчаса уезжаю,
— Куда?
— В Парканы, подвернулась оказия. Скажите Шаворскому, что оттуда приеду в Одессу. Надеюсь, не с пустыми руками…
— Есть что-нибудь новое?
— Пока нет. Прощайте, здесь не место для разговоров…
Когда девушка скрылась за дверью трактира, Алексей еще с минуту простоял в раздумье и… пошел за нею.
Теперь искать уездную ЧК не имело смысла. Пока найдешь ее, объяснишь, что к чему, и вернешься, Галины и след простынет. Он принял, как ему казалось, единственно правильное решение: ехать с Галиной в Парканы. Дело надо довести до конца. Будет артачиться — заставить: как доверенное лицо Шаворского, он имел на это право…
У входа в трактир Алексей по привычке огляделся и увидел выходивших из вокзала красноармейцев — патруль. Не от них ли спешила укрыться Галина?..
Теперь он не знал, радоваться ему или сожалеть о том, что «свой» не пришел. Явись тот вовремя, он передал бы ему Галину из рук в руки. Но, с другой стороны, ее неожиданный приход в трактир во время их свидания мог все испортить: она наверняка заподозрила бы неладное…
Веселье в «Днестре» шло на полный ход. Около помоста раздвинули столы. Матрос и один из его собутыльников, положив друг другу руки на плечи, яростно молотили пол каблуками.
Галина сидела одна у входа на том самом месте, с которого несколько минут назад встал Алексей.
Когда он появился на пороге, она резко вскинула голову. Испуг, злость, растерянность, досада — все это одновременно отразилось на ее лице.
— Вы?! В чем дело?..
Не отвечая, Алексей смотрел на ее столик. Рядом с глиняной миской, в которой дымилась мамалыга, лежал небольшой пакет из плотной оберточной бумаги, накрест перевязанный синей шерстяной ниткой…
Смутная догадка, родившись в сумятице самых противоречивых мыслей, медленно прошла в мозгу Алексея, но он тотчас отбросил ее. Галина?! Галина имеет какое-то отношение к чека?.. Нет, невозможно!..
Он так привык считать ее завзятой контрой, так проникся уверенностью, что она из кожи вон лезет, чтобы выслужиться перед Шаворским, что эта мысль показалась ему в первый момент самой дикой нелепостью.
Но факт оставался фактом: вот он, трактир «Днестр», вот пакет, перевязанный синей ниткой, — знак, по которому должен быть опознан «свой», и рядом сидит Галина, одна, и пакет, видимо, только что вынут из ее дорожного узелка. Не снится же ему все это!
Перехватив его взгляд, Галина подалась вперед и накрыла пакет локтем.
И тогда, чувствуя, что все в нем до дрожи напряглось, Алексей спустился по лестнице.
— Что вы ходите за мной?.. — свистящим шепотом произнесла девушка. — Провалить хотите? Кругом шпики!..
— Тихо, — сказал Алексей, — дело есть. — Он придвинул стул и сел напротив нее. — Слушайте, я нашел одного нужного человека. Дайте карандаш адрес записать…
