Дернувшись, Локи отталкивает Тора. Его лицо пылает от гнева и смущения одновременно, волосы липнут ко взмокшей коже, а дыхание разрывается.
Не став ждать или уходить просто так, он вскидывает ладонь и залепляет альфе жёсткую пощечину. Светловолосая голова дергается в сторону, он сам оказывается уже на полпути к тому, чтобы развернуться.
Но взгляд Тора не полнится обидой или злостью. Он загорается предвкушением, его глаза светятся желанием.
Стоит Локи полностью повернуться в сторону лестницы, как его уже дергают назад за запястье. Вжимают в горячее тело, притискивают к себе и резко шепчут:
— Я же говорил, что можешь. Мальчик, который должен… — Локи тихо стонет, ощущая жадные ладони сжимающие его пульсирующий зад, и хватается за толстовку на груди альфы. Рывками пятясь к одной из дверей, Тор почти что рычит: — Пощёчина была действительно сильной, детка. Ты же понимаешь, что теперь я просто обязан тебя трахнуть?
Дверь захлопывается громко, замок щелкает оглушительно. Тор бедрами вжимает его в поверхность, одновременно с этим снимая наушники и толстовку, откидывая это куда-то в сторону. Сжав зубы, ощущая как от ярости появляются маленькие клычки, Локи рычит:
— Чёрт с тобой! Я успею засадить тебя после!..
Он злится, но это бесполезно. Ещё ни на кого у него не было такой реакции.
Пальцы дрожат, но омега вплетается ими в чужие волосы, бедра подрагивают, но он толкается навстречу чужим… Буквально вылизывая чужой рот, Локи потирается и тихо постанывает.
Если для того, чтобы преодолеть это и идти дальше, если для того, чтобы вновь продолжить делать то, что он должен делать… Если для всего этого ему нужно получить узел в заднице от какого-то малознакомого альфы, то так тому и быть.
— Тшш… Ты же помнишь, что это твой первый раз, правда? — Тор перехватывает его руки, заводит их ему за спину и отстраняется, заглядывая в глаза. На одной из тумбочек постели горит ночник, поэтому он может видеть шальной, разъярённый взгляд своего омеги. Мягко улыбнувшись, но не теряя похоти на глубине зрачка, он шепчет: — Не думаю, что стоит слишком спешить с этим. Мы же не хотим тебя покалечить, так?
— Да какая к черту разница?! Просто трахни и проваливай! Все, кто мог, меня уже поимели, так почему бы ещё какому-то неизвестному альфе не засунуть мне в зад свой узел, а?! — он огрызается, щелкает небольшими клычками, но на глаза накатываются слёзы. Из-за слишком сильного выброса гормонов, из-за близости истинного, он становится нестабильным. — Какое кому дело до меня и моего мнения, а?! Тупоголовый тюфяк!..
Он пытается пнуть его, но мажет. Тор все ещё смотрит ему в глаза. Но будто бы в душу.
Затем осторожно склоняется и касается губами щеки. Локи дергается, опускает голову, пряча уязвимость/эмоции/влагу в нижних веках глаз.
Тихо-тихо:
— Я держу не так сильно, детка. Ты все ещё можешь вырваться. Можешь избить меня и уйти. Сбежать. Я не отвечу тебе и взмахом руки, обещаю, но хочешь ли ты этого? — медленным движением он отпускает его руки, упирается в дверь по бокам от его головы и целует в висок. Целует в волосы. Локи зажмуривается и хватается за его талию лишь бы не съехать на пол. Колени все ещё дрожат, когда Тор шепчет: — Мне ничего от тебя не нужно. И плата за тебя не нужна. Мне не нужно мнение твоих родителей, не нужно мнение окружающих тебя людей. Мне нужен лишь ты, детка.
— Какие сладкие речи… — он не сдерживается и шмыгает носом. Дергает головой, пытаясь сморгнуть расплывающийся перед глазами пол. — А если…
— Нет никаких «если». Позволишь мне провести с тобой ночь? И завтрашнее утро? — он отводит волосы с его лица, подхватывает пальцами подбородок, а затем заглядывает в глаза. — Позволишь мне провести с тобой всю жизнь?
Локи сглатывает и мотает головой вновь. Кожа Тора под его пальцами мягкая и горячая. К ней хочется прижаться и никогда-никогда не отстраняться.
Он говорит:
— Нет.
И Тор улыбается. Прижимается к его губам, прикусывает, проскальзывает меж них. Локи вытягивается, привстает на носочки, судорожно сжимаясь и надеясь, что смазка не запачкает джинсы.
Но поцелуй длится не долго. Будто слыша его мысли, альфа отстраняется и медленно опускается перед ним на колени. Взявшись за молнию на его джинсах, с усмешкой поднимает глаза:
— Я думаю, их нужно снять, пока они не стали полностью влажными.
Омега ощущает, как его буквально переклинивает. Нет возможности ни дернуться, ни сказать хоть что-нибудь.
А Тор все продолжает ухмыляться. Продолжает смотреть ему глаза.
То, что они собираются сделать, уже не кажется Локи таким уж неправильным.
Чужие руки расстёгивают пуговицу, а затем и молнию. Раздается характерный звук. Когда его бедер касаются тёплые пальцы, Локи вздрагивает. Тор чуть качает головой, шепчет:
— Отомри, детка…
И это ведь было не приемлемо. Это ведь было странно и ненормально.
Локи был уверен, что Старк никогда в жизни не опустился бы до такого. Он преклонил бы его сам, использовал, выбросил…
Тор стоял перед ним на коленях и, стягивая с него джинсы, целовал его колени.
