А Пастернак влиял на него опосредованно, ибо в «Докторе Живаго» очень сильны гоголевские мотивы: Дома и Дороги – взаимоисключающие и взаимносуществующие. Они же основные мотивы русского житья.
Мотивация к жизни – Дом. Условие существования Дома – Дорога. «Счастье достигается в пути, а не возле тёплого камина» (Н. Рубцов). Да и Чичиков пускается во все тяжкие ради будущих жены и детей. Роман о Докторе – это плач по разрушенному «старому барскому дому», воспетому Пастернаком в ранних пронзительных строчках:
Поэт-эгоцентрик, каковым является Пастернак, как и большинство гениальных поэтов, видит лирического героя (себя) в этом доме всего лишь гувернёром, а не хозяином. Но как же ему мил этот Дом – Россия: «Россия, которую мы потеряли», о которой плакал Бунин в «Окаянных днях», Дом, который мы разрушили! Он согласен быть в нём даже слугой.
Вот и Марина Цветаева признавалась в том, что она так любит старую жизнь, что готова стать крепостной у Ноздрёва, потому что у него весело, потому что у него есть собаки и шарманка.
Если смотреть на «поэзию прозы» Пастернака и Редькина глазами А. Н. Скрябина, мыслившего цвето-музыкально, то видишь Россию Пастернака в Богородичных сине-голубовато-лиловых тонах, а Россию Редькина – в белых и зелёных. В тонах Чистоты и Творчества.
Россия Пастернака – Москва и Урал.
Россия Редькина – Русский Север, Поморье.
У Пастернака две главные героини – Тоня Громеко (Живаго) и Лара Гишар (Антипова). Они так самобытны, нежны, женственны, трагичны, что, даже меняя имена, остаются собой – юными, прекрасными, подставляющими грудь всем ветрам Рока.
У Пастернака есть изумительное сравнение, когда он уподобляет сорочку на груди юной Лары с тканью, туго натянутой на пяльцы. Что же за узоры вышили Парки на полотне их судеб – Лары и Тони? Причудливые. Очень «причудливо тасуется колода карт».
У Редькина тоже две героини в «Тихой Виледи» – две деревенские женщины – Поля и Шура.
Пастернак пишет о трагедии русской интеллигенции и русского барства, Редькин – о трагедии русского крестьянства в эпоху Октябрьских «сдвигов».
Поля – красавица, не знающая отбоя от парней. Шура – некрасивая девушка, правда, из крепкой крестьянской семьи, с приданым, то есть с надеждой на замужество. И та и другая вышли замуж. Поля – за голодранца, Шура – за ровню. Само собой, голодранец, вернувшись с империалистической войны, переросшей в Гражданскую, в которой примкнул к победителям, стал сельским начальством.
А сельсовет открыли в отнятом у хозяев доме, и школу сельскую – в таком же.
И бедная Поля, страдающая от одиночества, потому что мужа она разлюбила, а сын, пошедший по стопам отца, для неё тоже становится чужим, не понимает, как это её очень сильно подутративший былую красоту муж приходит по утрам в сельсовет и смотрится там в чужое зеркало, приглаживая свои поредевшие волосы, не чувствуя при этом угрызений совести за судьбу обобранных и изгнанных хозяев.
Зеркало. Одна символическая деталь!
Одна-единственная деталь даёт представление о крушении вековых устоев, по которым жила Россия, – не убий, не укради… Не только крали чужое добро, но ещё из домов вышвыривали на улицу и на каторгу бывших владельцев, и вынуждали их, лишённых крова и хозяйства, красть. Шура, выгнанная из дома, попавшая в колхозное рабство, украла для голодных своих детей, лишённых советской властью отца, маленький туесочек колхозного молока. Дальнейшее известно. Пронзительны строки сопереживающего героине автора: «За Шурой приехали в один из дождливых летних дней. Поливало низкое небо землю грешными слезами обильными. Поля видела, как Шуру повели, как спускалась она с высокого заднегорского угора Подогородцами в низину, к ручью Портомою. Ноги её заплетались. Тугие струи дождя секли лицо и тело. Но она не замечала ни дождя, ни ветра. Ребятишки бежали за ней, спотыкались, падали, плакали, вновь вскакивали, стараясь не отстать от уходящей в дождь матушки…»
Возмездие у Редькина в «Тихой Виледи» – фигура умолчания. А у Пастернака его тема обозначена, как ни у одного из писателей, писавших на тему Гражданской войны и революции. Пастернак, будучи романтиком и символистом, посредством одного эпизода сразу ставит точки над «и».
Дочь Лары и Антипова, ставшего у красных Стрельниковым, поскольку стрелял он очень метко, не жалея казённых снарядов, по городу Юрятину, зная, что там находятся его дочь и жена, – превратилась в сироту при живой матери.
Мать бросает дочь ради любовника, потому что не может жить одна, без мужа, в кошмаре Гражданской войны.
Поведение Лары антиморально, если смотреть на роман, как на реалистическое произведение.
Но «Доктор Живаго» таковым не является.
Роман написан Пастернаком в лучших традициях прозы Серебряного века.
