Уже лазурь златить усталаЦветные вырезки стекла,Уж буря вечного хоралаПод темным сводом замерла;Немые тени вереницейИдут чрез северный портал,Но ангел Ночи бледнолицыйЕще кафизмы не читал…В луче прощальном, запыленномСвоим грехом неотмоленнымТомится День пережитой,Как серафим у Ботичелли,Рассыпав локон золотой…На гриф умолкшей виолончели.<p>38. Рождение и смерть поэта</p>(Кантата)
Баян
Над Москвою старой златоглавоюНе звезда в полуночи затеплилась,Над ее садочками зелеными,Ой зелеными садочками кудрявымиМолодая зорька разгоралася.Не Вольга-богатырь нарождается,Нарождается надежа — молодой певец,Удалая головушка кудрявая.Да не златая трубочка вострубила,Молодой запел душа-соловьюшка,Пословечно соловей да выговаривал,(Тут не рыбы-то по заводям хоронятся,Да не птицы-то уходят во поднебесье,Во темных лесах не звери затулилися[2]),Как услышали соловьюшку малешенького,Все-то птичушки в садочках приуслушались,Малы детушки по зыбкам разыгралися,Молодый-то с крылечек улыбаются,А и старые по кельям пригорюнились.
Один голос
Рыданье струн седых развей,О нет, Баян, не соловей,Певец волшебно-сладострастный,Нас жег в безмолвии ночейТоскою нежной и напрасной.И не душистую сиреньСудьба дала ему, а цепи,Снега забытых деревень,Неволей выжженные степи.Но Бог любовью окрылилЕго пленительные грезы,И в чистый жемчуг перелилПоэт свои немые слезы.
Хор
Среди измен, среди могилОн, улыбаясь, сыпал розы,И в чистый жемчуг перелилПоэт свои немые слезы.
Другой голос
О, свиток печальный!Безумные строки,Как гость на пируВ небрачной одежде,Читаю и плачу…Там ночи туманнойХолодные звезды,Там вещего сердцаТрехдневные муки,Там в тяжком бредуТомительный призракСвой черный вуаль,Вуаль донны Анны,К его изголовьюСклоняя, смеется…
Мужской хор
Нов поле колдунья емуПоследние цепи сварилаИ тихо в немую тюрьмуВорота за ним затворила.
Женский хор
Творцу вошебных песнопенийНе надо ваших слез и пеней:Над ним горит бессмертный деньВ огнях лазури и кристалла,И окоровавленная теньТам тенью розовою стала,А здесь печальной чередоюА здесь печальной чередоюВсе ночь над нами стелет сеньО тень, о сладостная тень,Стань Вифлеемскою звездою,Алмазом на ее грудиИ к дому Бога нас веди!..
Общий хор
С немого поля,Где без ненастья,Дрожа, повислиТоски туманы,Туда, где воля,Туда, где счастье,Туда, где мыслиПростор желанный!
3 апреля 1899
<p>39. «Мухи как мысли»</p>(Памяти Апухтина) Я устал от бессонниц и снов,На глаза мои пряди нависли:Я хотел бы отравой стиховОдурманить несносные мысли.
