– Да когда ж он дома-то бывает. Он что переехал?
– Ох, переехал! Далече переехал.
– Нет, не может быть! Мы же с ним договаривались. Что же за безответственность такая?!
– А с него теперь взятки гладки. Что кому должен – всем простил.
– Да что ж такое случилось? – начал терять терпение Егор.
– А помер твой Генка! – снизошла до ответа Элеонора.
Егор округлил глаза, он вполне искренне удивился. Полный сил молодой мужчина и вот так вдруг умер.
– Не может быть. Сердце, что ли? – Егор сочувственно покачал головой, – вот так живет человек…
– Из окна он выпал с пятого этажа и разбился. Это называется – белая горячка. Допился! А сердца у него никакого в помине не было. Этому мы все и вот Степановна лично свидетелями являемся. Степановна, скажи!
Варвара Степановна дородная, степенная дама, полная противоположность субтильной Элеоноре, как бы нехотя пересказала события прошлой ночи: про рыдающую Альбину, следователя и про страшное тело Генки распростертое на асфальте, на которое не поленились сходить ночью посмотреть самые смелые соседи.
Егор все это внимательно слушал, качал головой, удивлялся и послушно поддакивал. Ему почему-то было жаль этого неудачника Генку, из которого соседи вылепили монстра и теперь твердили о неминуемом возмездии для грешников. Он рискнул за него заступиться:
– Но все-таки у него ребенок был. Теперь осиротел наполовину…
Договорить он не успел, как Степановна обрушила на него весь свой недюжинный темперамент:
– Да чем такой отец – лучше никакого! Плевал он и на жену и на сына! Сам не работал и у Альбины всё забирал! На что только они жили?! Вот недавно… Сейчас вспомню. Когда Любку отравили?! Как раз той самой ночью. Явился домой пьяный и давай орать: «Отдай деньги, я знаю, ты к Любке ходила, на операцию просила!» Вы представляете?! Она деньги на операцию сыну просит, перед этой вертихвосткой унижается, а он всё забирает, пропивает и проигрывает!
Женщины согласно закивали головами:
– Ирод!
– Грехи ниши тяжкие…
– Отозвались ему детские слёзы…
А одна старушка отвлеклась от темы разговора и подозрительно спросила у Егора:
– А тебе, собственно, он зачем понадобился-то? Ты ему не собутыльник?
Ну что вы! – Егор тоже был не лыком шит. Он теперь смело мог ссылаться на свою знакомую Элеонору Петровну. – Я же у них квартиру хочу купить. Да вот никак не застану дома хозяина, чтобы посмотреть. Вот Элеонора Петровна знает.
– Так Альбина всегда дома. Иди да смотри! – логично заключила старушка.
– Оно, конечно, так. Но хозяин – Геннадий. А Альбина теперь не скоро сможет квартирой распоряжаться, шесть месяцев точно, – выкрутился Егор, – Я теперь и не знаю, как быть. Жаль, мне ваш дом так понравился.
– А у нас в третьем подъезде еще квартира продается, странно, что вам риелторы ее не показали. Хотя Тимофеевна жадная, она за свою двушку видать такую цену взять хочет, что сами агенты удивляются и клиентов к ней не водят.
– Да, Тимофеевна за копейку удушиться. Это точно, – и старухи самозабвенно принялись за глаза обсуждать неизвестную Тимофеевну.
Егор, чтобы не вызывать подозрений у бдительных старух, спросил какую квартиру продает Тимофеевна. Квартира располагалась на первом этаже. От первого этажа можно было с чистой совестью отказаться, но Егора остановила фраза одной бабушки:
– А Тимофеевна-то, поди, ничего про Генку и не знает. Приедет с дачи и удивиться. Ей, наверное, сообщить нужно. Может она на похороны сходить захочет. Она же у них долго работала. Сколько она Максимку нянчила? Всё за него переживала: «Жалко мальчишку. Не повезло ему с родителями».
– Ох, ты, – осенило вдруг Элеонору, – Тимофеевна же и про Любку ничего не знает. Накрылся ее левый доход медным тазом! Ведь до чего до денег жадная, и Максимку нянчит и к Любке убираться ходит. Это ж сколько у нее вместе с пенсией в месяц выходит?
Старушки с энтузиазмом принялись подсчитывать доходы Тимофеевны, что делали, видимо, уже не в первый раз.
Егор решил, что не лишним было бы поговорить с этой осведомленной Тимофеевной. Раз уж она общалась с Любой, так может быть что-то знает про Кабанова, который в тюрьме то ли сидит, то ли нет.
– А почему она квартиру продает, может там что-то не в порядке? – спросил он.
– У неё все в порядке. Она, как муравей, копошится всю жизнь. Как будто в могилу с собой свое богатство заберет. Она хочет дом в пригороде купить, чтоб огород, не отходя от порога, располагался, – съязвила бабка Элеонора.
– А-а-а, – протянул Егор, – тогда, конечно стоит посмотреть. Только как найти эту Тимофеевну?
– Дача у нее в садовом товариществе «Березка», это возле Симоновки, знаешь где? Там третья линия, улица Яблоневая, дом двенадцать. Я к ней за вишней в прошлом году ездила. Ох, и вишня у нее, богатая, сочная, крупная! – мгновенно переключилась Элеонора.
– Спасибо, женщины. Найду! Очень вы мне помогли, – сердечно поблагодарил их Егор и отправился докладывать Жене.
