-- Зато теперь в газете напишут: упившийся до беспамятства и неадекватности сантехник устроил пьяный дебош, избил сотрудников милиции и далее по образцу. Осудят и посадят, если до суда доживешь – зря ты запретное словечко на плакате нарисовал. -- Колян усмехнулся. -- "Дессидентствующий сантехник" -- звучит смешно и выглядит глупо. Никаких шансов на победу. Профессиональная этика, она же круговая порука, -- ни в коем случае не выдавать Своих. Судьи отправляют за решетку невиновных, милиция беспредельничает почище бандитов, продавцы хамят, а чиновники пальцем не шевельнут без взятки. И тогда появляется Чистильщик, пусть и в образе Васьки-сантехника. Он не может не появится. Человек, которого Достали, берет на себя роль судьи и палача. Его не защитит закон, и он обречен.
-- Почему? Нужно бороться. Рассказать корреспондентам в газете. Печатное слово не воробей, оно уже вылетело с большой буквы, и его не вырубишь топопором.
-- Святая наивность. Слово, с большой буквы или с маленькой, нынче стоит меньше ломаного гроша.
-- Есть правозащитные организации.
-- Которые сначала проверят твою платежеспособность. Защита прав человека -- бизнес. Российские правозащитники всегда готовы встать грудью на защиту "жертвы режима", если жертва -- олигарх. Наскреби миллионов несколько в иностранной валюте, и на твое освобождение будет работать половина мира. Пока газетчикам платит Витюха и ему подобные, о твоем протесте будут знать... только я, но никому не скажу, -- Колян засмеялся горько. -- Жить хочется.
Сокамерники молча курили, где-то в коридоре гулко протопали и стихли шаги. Колян прервал паузу:
-- Я тебя вытащу, но не даром. Во дворах школ и детских садов стоят пчелиные ульи. Их нужно сжечь. Желательно разом: в один час, перед рассветом. Найдешь трех-четырех смышленых ребят?
-- Смышленых ребят, сколько угодно, -- Васек озадаченно уставился на Коляна. – Пчелы -- насекомые полезные. Мед приносят…
-- Кровь из детишек сосут. На учебники, по заоблачным ценам, для вариативного обучения, на ремонт государственной школы, на подарки учителям и цветы чиновникам, на единую форму, чтобы радовать глаз проверяющего, на попечительский совет, чтобы директриса смогла обновить мебель в квартире и отправить дочку на Багамы. Такое бесплатное образование, блин! Берешься избавить детей от кровопивства?
-- Сделаю, -- Васька дышал глубоко и часто. Вспомнив, с кем разговаривает, добавил. – Зуб даю.
-- Молодец, -- захохотал Колян. -- Ответишь за базар. А сейчас закрой глаза и иди за мной. Только, умоляю тебя, пусть все сделают твои друзья, а сам уже сегодня исчезни из города.
Он взял парня левой рукой за плечо, правую вытянул вперед и пошел через стену.
-- Лети, Мотыль, ты свободен, -- Колян подтолкнул парня вперед и исчез. На плохо побеленной стене некоторое время оставался отпечаток его шляпы.
Василий открыл глаза. Полуденное солнце ослепило. Пустынная улица, только на другой стороне сверкают иномарки блюстителей порядка. Торопливо зашагал прочь.
Мы движемся или пытаемся двигаться по дороге,
без финишной ленты в конце. Одни с доброй
иронией, уступая и веселясь, другие с отчаянной
злостью, отталкивая и продираясь.
Тайны общежития бессмертных
Гульфик, на ходу вызванивая Витюху-мента, быстрым шагом вышел из здания администрации. Вампиры еще не начали съезжаться, и солнце без помех накаляло предобеденным жаром асфальт и стены зданий. Яркий свет не лучший друг даже вампиру-нигилисту, и Гульфик поскорее нырнул в Лендровер, под защиту кондиционера и затонированных окон.
-- Витюха, привет. Это Гульфик. Есть разговор.
-- А, запрыгали, -- радостно заверещал в трубке голос главного районного мента. – Только не поздно ли спохватились? Теперь все козыри у меня. – Витюха, похоже, торжествовал победу. – Колян крепко заперт, попробуй-ка выдерни. У тебя разговор? А у меня нету! Не о чем мне с тобой разговаривать…
-- Тогда повесь трубку, -- будничным голосом прервал Гульфик. И с удовольствием услышал участившееся пыхтение, завершившееся пыхтением с характерным повизгиванием. Такие звуки издает кабанчик, которого кастрировать еще не начали, но яйца уже прищемили.
-- Сейчас к мосту подъеду, -- на излете радостной злости просипел Витюха.
-- Вот так лучше, -- Гульфик ткнул мобилу в гнездо на панели и включил зажигание.
Он ни секунды не сомневался в готовности Витюхи подчиниться единственному слову, даже взгляду областного вампира. В иерархии мент разбирался и лишних телодвижений себе не позволял. Нынешний легкий выпендреж -- ответ на невнимание к статусу государственной персоны, который Витюха числил уж никак не ниже бандитского реноме Коляна.
