– Кабинет доктора Фишер, – произнес мягкий, дружелюбный голос.
– Здравствуйте. Это агент Хлои Файн, ФБР. Мне было интересно, есть ли у доктора Фишер сегодня пара свободных минут для телефонного разговора.
– Давайте проверим, – ответила приветливая девушка. Затем последовало несколько разнообразных звуков, в том числе и щелчки компьютерной мышки. Хлои представила, как собеседница проверяет график Фишер.
– Честно говоря, я не уверена, – ответила секретарь. – У нее есть небольшое «окно» ближе к концу дня. Подойдет?
Хлои облегченно вздохнула. Фишер перезвонит ей ближе к концу дня, а к тому времени ей уже не нужно будет ни с кем говорить. Она очень удачно увернется от пули.
– Нет, не стоит.
– Вы уверены?
– Да, спасибо, – ответила Хлои, вешая трубку до того момента, как секретарь предпримет еще одну попытку надавить на нее.
Она посмотрела в зеркало заднего вида, взглянув на Департамент полиции Фолс-Черча. Роудс все еще была где-то там, наверняка считая, что напарница просто является упрямой сучкой. И, честно говоря, Хлои поняла, что именно так себя и вела. Теперь ей придется объясниться и извиниться. Оба эти момента будут не проще, чем разговор с доктором Фишер.
Судя по всему, от этой пули ей не удалось увернуться.
Хлои уже было дотянулась до дверной ручки, чтобы вернуться обратно и найти Роудс, как вдруг зазвонил телефон. Увидев, что это был тот же номер, который она набирала всего пару минут назад, Хлои практически отклонила вызов.
«Ого, мне и правда не удалось избежать судьбы», – подумала она.
– Агент Файн слушает, – все же ответила Хлои, смирившись с предстоящим разговором.
– Агент Файн, это доктор Фишер. Мне сообщили, что вы только что звонили, чтобы поговорить. Сейчас у меня есть примерно десять минут. Подойдет? Конечно, если вам потребуется больше времени, то мы можем назначить прием.
– Десять минут будет вполне достаточно. Наверное, даже слишком много.
– Что ж, как правило, я бы просто проигнорировала подобный звонок. Но когда мне сказали, что звонили вы, я решила пообщаться. В конце концов, я в курсе, что вашего отца выпустили. Могу я предположить, что это как-то связано с вашим обращением?
– Частично. Он переехал в Вашингтон и остановился в квартире, расположенной всего в пяти километрах от моего дома. И я успела кое-что узнать о нем… точнее, о его прошлом. Не могу выкинуть этого ублюдка из своей головы и боюсь, что все это может отразиться на моей работе.
– Каким образом? – уточнила Фишер.
– Это тяжело объяснить. Я неосознанно перекладываю свои прежние чувства к нему на свое текущее расследование.
– Что ж, тот факт, что вы сами говорите об этом, означает, что вы не так уж неосознанно действуете. Я считаю, что вы очень хорошо понимаете это, но боитесь признать.
Данный комментарий оказался слишком резким, но Хлои понимала, что это правда.
– Разве это нормально?
– Все зависит от того, что вы считаете нормальным, – ответила Фишер.
– Я даже не знаю, как ответить на это.
– В таком случае, ответьте на такой вопрос: вы хотите признать это? В глубине души вы случайно не боитесь выкинуть отца из жизни? Вы сами сказали, что успели кое-что о нем узнать, и я предполагаю, что подразумевались довольно плохие вещи. Неужели эти новости стали настолько неожиданными, что перечеркнули собой все те годы, которые вы провели, обожая его и пытаясь защитить?
– Сначала нет, – ответила Хлои, даже не понимая, что это так, пока не произнесла слова вслух. Она едва не рассказала доктору о том, что ей удалось нарыть: о дневнике мамы и секретах, которые были в нем описаны. Но в самый последний момент она все же сдержалась, не желая вдаваться в подробности и рассказывать своему психоаналитику о потенциальном взрыве. Вместо этого, Хлои решила замять ситуацию. – Но становится хуже.
– Выходит, я могу сказать, что внутри вас сейчас происходит настоящая война разума с сердцем. Вы согласны?
«Немного приукрашено», – подумала Хлои, но все же согласилась.
– Полагаю, что да, – произнесла она вслух.
– Что ж, хорошая новость заключается в том, что именно вам предстоит решить, чья сторона победит.
– Я думала, все как-то проще.
– К сожалению, подобные проблемы никогда не проходят сами собой. Особенно в той ситуации, которую мы рассматриваем. Ладно, мне не нравится, что приходится так поступать, но через три минуты начинается следующий прием. Хотите, чтобы я зарезервировала для вас время на следующей неделе?
– Спасибо, но не стоит.
– Я выделю время в понедельник, – ответила Фишер. – Запишу вас на время, но если решите не приходить, то ничего страшного. Как вам такой вариант?
– Отлично, – согласилась Хлои, хотя мысль о том, чтобы прийти в кабинет психоаналитика и вывернуть душу наизнанку, снова напугала ее.
– Будьте осторожны, агент Файн. И не стесняйтесь звонить если почувствуете такую необходимость.
Они попрощались, и Хлои наконец вышла из машины. Сделав глоток свежего воздуха, она почувствовала небольшое облегчение благодаря одной из фраз, сказанных доктором Фишер: «хорошая новость заключается в том, что именно вам предстоит решить, чья сторона победит».
