— Я всё равно спасу планету от чумы! Отпусти…те! — возмутился Чжан, будучи сломленный Бёртом.
— Ещё одно слово, и я сверну тебе башку, узкоглазый уебан! — выпалил Бёрт, сильнее заломив врагу руку за спиной, — пошли со мной и будешь жить!
— Хорошо! Хорошо-о! — выпалил Чжан, — я пойду с тобой!
Отпустив Чжана, Бёрт проследил за тем, как он встал на ноги, а заодно, прямо на его глазах, поднял его меч и вышвырнул его подальше в болото.
— Он тебе не пригодится, пошли, — отрезал Бёрт, но свой нож, которым он не смог убить Горивана, всё же забрал.
Китайский военачальник вынуждено проследовал вместе с Бёртом, а по пути между Ксандрой и её командиром состоялся ментальный диалог.
«Санди, ты как? Почему я не чувствую боли? Или мне показалось, что он меня насквозь проткнул!?» — подумал про себя Бёрт.
«Времени не так уж и много, сэр. Я слабею» — ответила Ксандра, заставив Бёрта нервничать, — «сделайте это быстрее, насколько это возможно. Сдерживать болезнь и такое ранение… чрезвычайно сложно, но я стараюсь, сэр»
«Ты умница, Санди. С меня причитается, как вернёмся» — подумал Бёрт, но Ксандра ему уже не отвечала.
— Как ты здесь оказался? — спросил Бёрт, обратившись к Чжану.
— Что? — спросил Чжан, на что Бёрт лениво закатил глаза.
— Не тупи только, а. Хера-ли ты тут забыл? Не просто так же тут оказался? Что случилось? — занервничал Бёрт.
— Я всегда хотел положить конец этой чуме. Хотел, чтобы это был именно я и никто другой. Я хотел отправиться на поиски лекарства от чумы, но наш правитель меня не поддержал. Больше я ничего не предпринимал, но когда я увидел сон…
— Какой ещё сон? — перебил его Бёрт.
— Как сейчас помню… — Чжан закрыл глаза, но шёл вперёд, протянув правую руку вперёд, — маленький, в бордовом капюшоне, но он назвал своё имя! Цай-Шэнь, он сказал, что я могу освободить мир от чумы.
— Это, каким же образом? — хмыкнул Бёрт.
— Он сказал, что для этого нужно освободить трёх Мастеров, а они уже не оставят чуме никаких шансов, — сказал Чжан.
— Ага, блять, и не только чуме… — буркнул Бёрт, — что дальше?
— Я сбежал, забрал своего сына и Горивана, моего любимого Горивана. Я отправился в долгий путь, как велел мне Цай-Шэнь. Часть моих солдат пошли со мной, но лишь единицы пережили такое путешествие. Оно длилось долго, я даже не знаю, сколько. Потом в лесу эти… люди проводили какой-то ритуал? Они сказали, если я хочу спасти от чумы весь мир, то я должен принести жертву. Предлагали выбрать либо моего сына, либо Горивана…
— И ты выбрал собаку вместо своего сына? — спросил Бёрт, на что Чжан скупо кивнул и тут же получил удар в челюсть от Бёрта, что свалил его с ног, — ты… тупой урод, раз променял жизнь сына на какую-то долбанную собаку! Ты не военачальник, а кусок дерьма, как и твоя собака, которую я убил! Даже у самого кровожадного ублюдка не поднимется рука на собственного ребёнка! Вставай, сука, и иди!
Выбора не было, Чжан поднялся на ноги и пошёл вместе с Бёртом.
«Сэр, я тут хотела вам сказать…» — Ксандра обратилась к Бёрту, и он слушал её, слегка прищурившись.
«Понял тебя, Санди» — сказал Бёрт и пихнул в плечо Чжана, — дальше то чё было?
— Потом открылась дверь… мы с Гориваном, докторами и их псами вошли в неё. Бродили мы несколько дней в этих болотах, и только потом я понял, что от этих докторов уже не осталось и следа. Они, похоже, потерялись в болотах. Выбора не было, мы с Гориваном искали дальше этих мастеров, но ничего найти не могли. В один момент, когда мы устали и были голодны, Гориван набросился на меня…
— И убил, — прикрыв глаза, Бёрт покивал головой, — не удивительно.
— Но болото вернуло меня. Не таким, как прежде, но я чувствовал себя. Я нашёл Горивана, убил его… но он вернулся. Вернулся и отправился на поиски пищи. С тех пор я редко видел его, но каждый раз он менялся, отлавливая этих докторов…
— А когда эта куча дерьма начала изрыгать огонь, то ты понял, что он способен справиться с чумой? — ухмыльнулся Бёрт.
— Нет-нет! Я знал, что он не сможет справиться с чумой, но доктора в это свято уверовали, и с тех пор Гориван защищает меня от них, потому что ярость их неудержима. Но тех Мастеров я так и не нашёл…
— Надо же, в тебе есть зачатки интеллекта, — хмыкнул Бёрт, покосившись на Чжана.
Примерно через двадцать минут, Бёрт и Чжан пришли к тому самому кресту, на котором был распят мученик.
— Что это такое? Я здесь никогда этого не видел! Но, кажется, это то, что нужно! — выпалил Чжан и в наглую полез на крест, но Бёрт схватил его за шкирку, сбросив с креста.
— Не спеши так, парень, — ухмыльнулся Бёрт, чуть пошатнувшись на месте, — ты здесь не для этого.
— А для чего? Хочешь меня убить? — Чжан не выдержал и размахнулся, ударив Бёрта в челюсть, чем свалил его с ног и весьма удивился тому, что произошло.
«Сэр… я не могу… я слаба!» — уставшим, но нервным голосом выпалила Ксандра.
