— Саня и Пётр, всё, — раздался голос подползшего к ним третьего бойца по имени Фёдор.
— В смысле? — не понял Каскад.
— Они рядышком были, когда прямо в окоп мина залетела, — сжал губы Фёдор. — Там воронка и какие-то ошметки, нечего даже нормально похоронить.
— Мать! — сплюнул грязную от земли слюну Каскад.
— Каскад! Как у вас там? — раздался из рации голос Коротаева.
— Плохо! У меня двое погибли, — сообщил неприятную новость Каскад. — Меня близким разрывом мины приложило, мать…
— Твою дивизию!.. Я сейчас людей пришлю, надо погибших забрать, — недолго подумал, а потом приказал Коротаев.
— Некого, командир… — помолчал Каскад, — от них ничего не осталось, — он, поддерживаемый Свистом, успел кое-как доковылять до места гибели мужиков, увидев, что там действительно было нечего забирать для похорон.
— Понял тебя, — скрипнул зубами Коротоев. — Давай в медпункт, — он понимал, что это явно их не последние потери.
— Контузия у него, — заключила Вера Павловна, осмотрев притащенного Свистом и вторым бойцом Каскада. — Таблетки я дам…
— … Но его надо в госпиталь, — закончил за неё Коротаев.
— И это помимо еще двух бойцов, — кивнула она головой, — которых умудрились ранить в деревне осколками мин, — тихо добавила она. — Ничего страшного, основные осколки я достала, но в мякоти могут быть мелкие, так что нужен рентген.
— Что будем делать, командир? — спросил его Стирол, именно в его отделении было двое раненых — не успевших вовремя спрятаться, получив осколки от мин в руки.
— Чего делать?.. — задумался Коротаев. — Штаб будет пытать. Дети, да ещё и раненые. Сколько у нас бойцов остается?
— Трое выбыло — ранены, двое убитых. Итого — 35 человек в строю, — доложил Стирол, успев опросить Ивана и Виста, а про Каскада он и так знал.
— Мд-я… Не густо, однако, — потёр подбородок Коротаев. — Пойдём.
Они перешли на КП, где старший лейтенант взял рацию.
— База! У меня первые потери: двое двухсотых. Трое трехсотых, один из них с контузией.
— Омут! — раздался голос майора Силаева. — Постараемся прислать транспорт в течение дня, ожидайте.
— Твою мать…
— Якоб, что с танками? — Ковальски сидел за столом и завтракал.
Ранняя утренняя атака не удалась, что дико злило его, да ещё и потери своих сослуживцев: трое убитых сразу, а потом раненый с оторванной рукой скончался прямо на хуторе. Да два десятка азовцев, из которых пятнадцать безвозвратных потерь, ещё двое раненых. Только трое более-менее целых вернулись из этой неудачной утренней атаки. Пришлось подумать об обещанных командованием танков, если вдруг ему они потребуются. Вот и пришло время.
Анждей был вынужден отправить сообщение в штаб об очередной задержке с указанием потерь.
— Я запросил командование в Николаеве. К нам отправили два танка Т-64 БВ на танковозах. Должны прибыть в течение нескольких часов, — доложил Возняк своему командиру.
— Этот придурок в себя пришел? — Ковальски имел в виду Рокота.
— Да,
— Как только прибудут танки, ты его БМП с ними отправь. Пока пусть наши минометчики продолжать свою работу.
— Рокот говорит, что у него наводчика нет.
— Да мне плевать! Пусть кого-нибудь из своего бандеровского быдла возьмет и посадить на место наводчика, — окрысился Ковальски.
Тут неожиданно для обоих раздался звонок по тому самому телефону и Ковальски ругнувшись про себя, взял лежавший на столе телефон и ответил.
— Значит так, — голос Титана звучал достаточно раздраженно, — с учётом того, что вы там застряли, я выделю вам дополнительных людей и технику. Мне придётся снять их с важных направлений. И это ваша вина! С ними отправляю вам «своих» людей, — он выделил это слов, подразумевая поляков, из спецподразделения «Гром». — Используйте их по назначению и наконец уничтожьте этих русских. В течение четырех-пяти часов подкрепление должно подойти. Решите эту проблему и срочно выдвигайтесь в Херсон.
— Есть!
Капитан скривился от таких новостей. С одной стороны — это хорошо, будет возможность быстрее выкурить русских, но вот эта задержка и помощь других групп сильно скажется на его авторитете, ну и денежных выплатах за эту операцию, тоже… Курва!
Совершенно ненужная для Ковальски и Домбровского задержка выливалась в затяжные и ненужные боевые действия. Хотя проще всего было просто обойти эту деревню с любой стороны. Как обычно и делали, оставив русских для обычных подразделений ВСУ, идущих по их пятам, которые бы добили их или заставили сдаться в плен.
Но слишком хорошо наступали, а обойти деревню было возможно, но заняло бы много времени из-за оврага, а теперь эти непредвиденные потери и потеря техники, что вызывало бешенство у Ковальски, так что это превращалось в дело принципа…
Настроение среди оставшихся мобилизованных после такой внезапной и быстрой смерти двух мужиков, да ещё и без возможности нормально похоронить, не сказать, что опустилось ниже плинтуса, но было серьезно подавленным.
Не все так тесно с ними общались, но за последний месяц как-то привыкли, они для них стали своими, а часть и сдружились, а тут раз — и нет мужиков.
