Он — богатый сильный мужчина. Она — красивая женщина. У него свой мир денег, власти и силы. У неё огромное желание быть счастливой рядом со "своим" человеком.У них нет шансов быть вместе. Они встретились, будучи оба несвободными. Но их тянет друг к другу. С каждым разом все больше и больше.От него исходила аура спокойного, затаившегося и благородного хищника. Это вид мужчин, не знающих поражения и не приемлющих отказов.— Опасен я был в далёкие девяностые, скорее. Сейчас времена изменились. Все решается во время таких вот встреч в ресторанах, — усмехнулся он, — по крайней мере, вам не о чем переживать.Странно, что страха она и не чувствовала. Скорей, это было давно забытое ощущение волнения и трепета, который она решила, всё же загасить в зародыше. Для чего заходить дальше, если они оба несвободны?— Я — Арслан, — чуть погодя спросил он, — а вас как зовут?— Ирина… Пойду внутрь. До свидания. Хотя… для такого огромного города, наверное, правильнее сказать, прощайте…
Ей было скучно на новогоднем корпоративе. Лениво оглядывая зал сидя за столом с бокалом просекко, она понимала, что лишняя на этом мероприятии. Лишь ее неожиданное знакомство на балконе с мужчиной полчаса назад, добавил лишь немного интерес к этому вечеру.
Был конец года. Ещё вчера Ира сдавала начальству отчёт и подвела итоги года на совещании. Практически всю неделю приходилось обедать в кабинете. Она не особо любила замещать начальницу своего отдела логистики, но та "удачно" слегла с бронхитом и Ире, как самой компетентной, выпала честь закрыть этот год. На самом деле, остальные открещивались от замещения этой должности, зная какая это головная боль в прямом и переносном смысле. На случай, если что-то не сойдется в цифрах, пришлось бы выходить в первых числах нового года. Это случалось часто.
— Хорошо, что не в этот раз, — подумала вслух Ира, — хоть посплю до обеда.
Да, пару дней пришлось задержаться допоздна на работе, зато с чистой совестью, без хвостов и долгов можно теперь отпразновать новый год и уйти на каникулы.
— Иришик, зайка, раз ты так шикарно закрыла год и самая первая отчиталась, бери своего Серого и дуй с нами на корпоратив. Чего киснуть дома? В последний раз ты с нами сидела уже даже не припомню когда. Эта, прости господи, Лена с их "продажного" отдела так и лезет второй месяц к твоему в надежде на взаимность или хотя бы танец на предстоящем банкете. Сама слышала, как она "заняла" первый медляк, — закавычила пальцами в воздухе и, — Ничего святого у этих молодух. Без году неделя как пришла, а амбиций… Пойдём скорей, сегодня в меню наш любимый рассольник. А я умираю есть хочу.
— Ворчишь, как старая бабка, Маш, — ответила Ира и добавила улыбаясь, — уже и на молодух всех собак спустила и мой рассольник для "стареющих дев", как ты сказала, полюбила.
К слову, самой Маше было двадцать восемь и она сама ещё была в категории "молодух". Вот уж кто действительно никогда не унывал по жизни и заряжал вокруг всех позитивом, словно в ней где-то спрятан вечный двигатель. Сама она тоже перевелась из филиала компании сюда недавно вместе с Леной, хоть и ворчала на неё. Взяли её поначалу на месяц в приёмную к шефу, вместо секретарши, ушедшей в декретный отпуск, а потом перевели в сметный отдел, состоящий из одних женщин. Но она всегда проводила свой обеденный перерыв с Ирой в кулинарии через дорогу. Спокойной и выдержанной Ире стихийность и веселый нрав единственной подруги очень импонировал. Их шуточные язвительные перепалки порой выходили за рамки и невольные свидетели иногда сомневались, а действительно ли они дружат.
— Дааааа, мать, грешно завидовать молодым, тонким, звонким, — бойко отстреляла Маша, метнувшись при этом к зеркалу. Словно желая убедиться, что Ира не права и она так же свежо выглядит, как с утра. — Подкрашу только губы и пойду покорять.
— Кого?
— Азарова, конечно. Нынче генеральный такой лапулик. А какой на нем обморочный костюм сегодня, — Ира покачала головой, жалея про себя беднягу шефа. Кому-то придётся, похоже, крупно пожалеть, что взял сюда Машу. Если та вбила себе в голову что-то — держитесь все вокруг, — Бедные мои трусики, пришлось менять бегать опять…
— Маш, ты иди, мне тут кое-что на подпись твоему лапулику надо доделать и отдать. Он в три должен уехать, — перебила Ира, — и возьми мне обед, пожалуйста. Спасибо.
— Ох, если б мой… Война войной, а обед по расписанию, Ирунчик. Нельзя целиком отдавать себя работе. Ты настолько в ней погрязла, что перестала замечать всё вокруг, — пожурила подруга её.
Под "всё" Маша подразумевала бессовестный флирт девочек — маркетологов с мужем Ирины. Сергей, по мнению, Маши, из себя ничего особенного не представлял. Она всегда считала его вялым и безинициативным. А что самое печальное — никакой харизмы и огня. Не то, что у Азарова. Да, внешние данные у Сергея неплохие. Видимо, на это и велись молодые девушки на первых порах. Высокий рост, густая темная небрежная шевелюра и серые глаза. На фоне невысокой Иры он смотрелся очень представительно. Но Маше в нем не нравилось отсутствие амбиций и целей, характерные для мужчин, всё как-то мелочно и через нездоровую конкуренцию. Она часто твердила, что он "с подлецой". Чего она не могла понять, как Ире до сих пор удалось тринадцать лет продержаться в браке с мужчиной, который не может взять ответственность за нее даже в самых незначительных бытовых моментах. Сколько они дружат, Ира всегда сама решала свои проблемы, не желая в лишний раз выслушивать его ворчание. Со стороны казалось, что в этом браке всех всё устраивает. На самом деле Ира никогда не рассказывала как ей было одиноко и тоскливо вечерами под одной крышей с человеком, которого она с каждым годом любила все меньше и меньше.
Ира сделала вид, что не слышала последнюю фразу и отмахнулась, мол, ты иди, а я еще поработаю.
— Ладно, не отвлекаю. Но насчет корпоратива подумай, детка, — подмигнув, подруга ехидно добавила, — Попу твою прекрасную уже давно надо выгулять.
