Помнится, Ира всегда делала из подобного трагедию, словно ее сон самое значимое на земле. Как-то раз, еще в школьные годы, на ночевке они поругались. А все потому что Ира в одиннадцать часов вечера уже хотела спать, предусмотрительно воткнув в уши беруши, а Аня слишком громко открыла пакет с чипсами, намереваясь посмотреть фильм в наушниках. Тотальная тишина для царского сна была необходима.
Сделав еще один глоток, блондинка улыбнулась, хоть Кира и не видела этого.
Покончив с умыванием, соседка вытерла лицо и вернулась в комнату. Она шагнула в сторону Ани, забрала со стола чайник и поставила его вновь кипятиться. Сама присела рядом с подругой и все еще сонно посмотрела на нее. Но Аня видела все тот же застывший вопрос в ее глазах: «Где ты успела простыть?».
— Я дура, знаю, — шутливо произнесла Аня и снова сделала глоток лекарства. Горячая жидкость приятно обжигала горло и мгновенно создавала иллюзию волшебного выздоровления.
Кира молча продолжала разглядывать ее.
— Кажется, я теперь девушка Славы…
Секунда осознания, и Кира удивленно вытаращилась, моментально проснувшись. Ледяная вода с этим справилась хуже, чем признание подруги.
— Ты хотела сказать: «Девушка Артема»?!
— Нет, — досадно вздохнула Аня, ставя кружку на стол. — Я сказала то, что сказала.
— Ты больная! — возмутилась Кира и вскинула кверху голову, словно молила небо о терпении.
— Да, тридцать семь и восемь, я ж сказала, — усмехнулась Аня, довольная собственной шуткой. Однако это не помогло смягчить гнев непонимания, все еще отражающийся на Кирином лице.
— Бред, — зло встала она и шагнула к столешнице, нервными движениями заваривая чай. — Он ведь первокурсник.
— И что?
— И он тебе не нравится!
Кира задавила ее аргументом. Аня была с ним согласна, но промолчала.
— И вообще, — продолжила Кира, теперь развернувшись к соседке и рассерженно помешивая сахар в своем напитке, — что значит «парень»? У тебя никогда не было парня в привычном смысле и тебя не интересовали обязательства. Единственные слова благоразумия, касательно данного вопроса, я от тебя слышала только когда ты говорила о Ткачеве. И что теперь? Теперь ты, оказывается, в отношениях. Вот так резко? Ты ведь даже сообщения Славы всегда игнорировала! Вы друг друга не знаете!
— Ну и что? — хмыкнула Аня. — Мы наверстаем.
— Ты сама-то веришь в сказанное?
Опустив взгляд на содержимое кружки, Аня ничего не отвечала. К Славе она не испытывала ничего кроме дружеских чувств, а заставлять себя быть с кем-то гиблое дело. От этого никому хорошо не станет.
— Черт, — тихо ругнулась Аня и уткнулась лбом в стол. Кира осторожно присела рядом.
— Честно, я уже не знаю, что у тебя там происходит и как именно ты все переживаешь, потому что толком не делишься, но мне просто хочется, чтобы ты не чувствовала себя обязанной и виноватой в том, что была с кем-то хоть раз милой. Если Слава действительно ничего не значит для тебя в романтическом смысле, то
— Например?
— Например, что он по уши влюбится в тебя! А ты снова будешь жалеть его…
Губы Ани превратились в упрямую полоску. Кажется, Кира кое-что смыслила в подобном. Ане еще никогда не приходилось разрывать отношения. Она встречалась только с теми, кто точно понимал, что их развлечения не зайдут дальше нескольких совместно проведенных ночей. Никто не смотрел на нее с обидой, пока она произносила прощальную речь, в то время, как и сама Аня не утирала горькие слезы, позволяя себя бросать. Тем не менее она приняла решение и на этот раз последует совету подруги. В конце концов, та ей зла не желала. Факт.
— Ты права, — произнесла Аня и тут же почувствовала, как Кира накрыла ее ладонь своей, желая поддержать в непростой момент.
Вновь поднявшись на ноги, Кира казалась более бодрой чем прежде. Допивая чай, она сказала:
— Раз ты болеешь и не планируешь посещать универ, то я разрешаю тебе пока просто игнорировать Славу.
— Да что ты говоришь, — усмехнулась Аня, приканчивая уже полностью остывшее лекарство.
— У тебя будет время подумать. Как над вынесением приговора, так и над тем, что конкретно сказать Славе. Не хочу, чтобы ты считала, будто я навязываю тебе нелюбовь к этому парню и вообще диктую что именно чувствовать. Нет. Мне хочется, чтобы ты разобралась со всем сама. Я просто указала направление, если ты не против.
— Я тебя услышала, — улыбнулась Аня, отставляя наконец пустую кружку.
Завибрировал телефон. Будильник. Кира выключила его и снова тоскливо посмотрела на время.
— Ладно, пойду собираться, — произнесла она и лениво шагнула к шкафу.
Аня осталась неподвижно и тихо сидеть за столом. В голове она уже пыталась выстроить текст, который произнесет перед Славой смотря прямо в глаза. Ей хотелось выглядеть уверенной, стойкой. Она знала, что не пожалеет об этом решении, ведь изначально воспринимала парня как вспомогательный элемент. Чтобы устроить эмоциональные качели. Чтобы позлить Ткачева и наконец понять куда ей двигаться.
