Ну, точнее, в тот момент думал, что это логично, сейчас же я в этом был уже не так уверен.
Бравые ребята из доставки выглядели хмуро. Все два щуплых, но, надеюсь, жилистых парня. Потому как выяснилось — грузчики это вот они и есть. А если вспомнить, что им предстояло не только поднять на лифте разобранную мебель, но и дождавшись частичного демонтажа спального гарнитура, спустить его и вывезти в загородный дом, который вроде как дача, Стаса … Не завидую я ни парням, ни себе. Терпение все еще не мой конек.
Сборщики тихо ржали глядя на то, как "грузчики" ходят со страдальческим видом, разглядывая добротную мебель, а я матерюсь на свой идиотизм, чью-то медлительность и кое-чью тщедушность. Но как бы я ни ругался и ни расстраивался, ехидный голос менеджера отдела продаж, радостно сообщивший мне, что перенести сборку мебели, конечно, можно на любую дату января начиная с десятого числа, заставил меня смириться с ситуацией. В обед позвонил Стас.
— Ну, привет, Ромка, — голос друга звучал так, будто я его любимые трусы продал. Последние трусы. В общем, он явно был чем-то недоволен.
— Стасян, у тебя все нормально?
— У меня? — деланно удивился друг. — У меня-то да, а вот у тебя явно нет.
— В каком смысле? — немного растерялся от такого заявления.
— В смысле, с головой ты не дружишь. Знаешь, где я сейчас?
Сердце сжалось от догадки.
— У Ульяны?
— Почти, в магазине по ее просьбе. Продукты закупаю. Вот скажи, Ром, это чем надо думать, чтобы отпустить беременную девчонку пожить одной в квартире, которую законсервировали почти на месяц. Что у вас произошло?!
— А что она тебе сказала?
— Ничего, позвонила, попросила помощи, а на вопрос почему ты не можешь купить нужные продукты домой, сказала, что у тебя слишком много дел и она не хочет беспокоить тебя. Что за бред вообще?!
Окинув взглядом рабочую группу "гномов", махнул на них рукой и поплелся на кухню, делиться с другом своими подвигами.
Рассказ не занял много времени, Стас всегда умел слушать не перебивая, только иногда угукал совершенно ровным тоном, обозначая свое присутствие, а не выражая эмоции.
— Детский сад, мать вашу. Просто детсад!
— Да знаю я, сглупил, не справился с эмоциями, не просчитал возможные последствия…
— Угу, давай-давай, продолжай посыпать голову пеплом, у тебя хорошо получается, особенно мне нравится, когда ты начинаешь говорить о себе не иначе как "дебила кусок", прям мое любимое.
— Издеваешься? — вопрос был риторическим, потому что и по тону было ясно, что Стас издевался.
— Нет, глумлюсь! Ром, вот скажи, ты прежде чем свою квартиру раскурочивать, не подумал, что малышка тоже виновата в вашей ситуации, или сразу включил вот этот бред: ушла, я ей не нужен, бла-бла-бла…
— Да она то тут при чем, это я спровоцировал ссору.
— А она спровоцировала тебя. Только ни ты, ни она не подумали, что оба в отношениях как котята слепые. Улька со своим наивным взглядом на жизнь, идеалистка самоотверженная, и ты, с напрочь отсутствующим опытом в действительно серьезных отношениях. А знаешь, что у вас с Улей происходит на самом деле?
Я как кролик перед удавом замер напротив окна и слушал спокойный голос друга.
— Что?
— Банальная притирка. Это, Ром, бывает у всех, вообще у всех, в каждой нормальной паре. Понимаешь. Вы ссоритесь, ищите компромиссы, миритесь, выносите опыт и в дальнейшем стараетесь не повторять подобных ошибок. Но нет, вы же не как все, вы же два осла. А, нет, осел и ослица. Прости господи. Одному нужно было ревновать, и, боже мой, как мне льстит, что ко мне. А вторая королевишна дверьми хлопает.
— Стас, мне кажется или ты ситуацию слишком близко к сердцу принимаешь?
Нет, я понимал, что друг в общем и целом прав, только вот с каждым словом он говорил все резче, злее. Не похоже это было на обычную манеру общения друга.
— Переживаю за вас, — с тяжелым вздохом признал Стасян, — знаешь, что мне вчера твоя малышка рассказывала?
Конечно, я не знал, ведь об этом она не рассказывала мне.
— Ее гложут сомнения, стоит ли говорить некому Евгению о ее беременности.
— Что…ять?!
— То! Он вроде как причастен к появлению ребенка, понимаешь ли, и только то, что этот самый Евгений обязательно расскажет обо всем своим родителям, ее останавливало от такой откровенности. Она, видишь ли, не хочет, чтобы ты переживал из-за их попыток вмешаться в ваши отношения. Я так понимаю, тех людей она неплохо знает.
— Угу, знает, ее родители приятельствовали вроде со старшим поколением Дорониных, — от таких новостей я плюхнулся на стул и невидяще уставился на холодильник. — Погоди, а нахрена она вообще хотела ему говорить?
— Потому что это правильно, Ром. И честно признаюсь, я вчера ее в этом поддержал, потому что да, правильно. И вот лично я хотел бы знать на его месте. Неважно, как он распорядится такой информацией, но мужик знать имеет право.
— Млять, Стасян, ну вот зачем?!
— Да кто бы мог подумать, что вы этим же вечером разгавкаетесь, да так, что мелкая сбежит от тебя?! Я ей вчера сказал, что да, сообщить Евгению можно, но нужно сразу расставить точки над нужными буквами.
— Какие еще точки?!
