К чести потомка герцогов Мальборо, в отличие от балансировавшего на грани обморока короля, он лишь сжал зубы, в этот момент став похожим на разъяренного бульдога. Спустя пять минут, ушедших на смакование порции коньяка и выкуривание четверти сигары, Уинстон Черчилль высказал свое мнение: 'Дальше молчать нельзя, сэр Стюарт - придется сообщить достопочтенному собранию о странностях, происходящих в России. Видит Бог, я и предположить не мог того, что Сталин позволит себе такую наглость, переходящую все и всяческие пределы - но если это так, то ждать можно всего, чего угодно. Поэтому дальше нам с Вами придется вспомнить мудрость римлян, гласящую 'Кто предупрежден, тот вооружен'.
- Что же касается практики, то я это возьму на себя - решительно продолжил премьер - Вы высказали мне мнение Ваших экспертов, я счел его спорным - и запретил докладывать выше, пока не будет бесспорных доказательств.
- Вы очень рискуете, сэр Уинстон - тихо предупредил премьера Мензис.
- Вы всерьез считаете, что кто-то из собравшихся сможет поверить в русскую субмарину из будущего, Стюарт? - невесело улыбнулся Черчилль.
- 'Бритву Оккама' никто не отменял, сэр Уинстон - ответил генерал от разведки.
- Сэр Стюарт, это мы с Вами можем принять то, что если привычные версии не объясняют происходящего, то надо искать логически непротиворечивое объяснение - пусть оно будет диким, фантастическим, это не важно - пожал плечами премьер - Вы можете себе представить сэра Энтони или мистера Оппенгеймера, вся жизнь которых прошла в привычном мире финансов - мире, где нет и не может быть фантастики - которые поверят в это?
- Барон Виктор может поверить - задумчиво сказал Мензис - он молод, обладает гибким мышлением, склонен к риску - недаром он так хорошо проявил себя в контрразведке.
- Барон Ротшильд для старшего поколения остается 'не слишком серьезным молодым человеком, который вместо того, чтобы продолжить семейное дело, полез в глупые авантюры' - процитировал Черчилль одного из представителей старшего поколения Ротшильдов - так что больше рискуете Вы, сэр Стюарт - боюсь, эта информация вызовет резкое неприятие сэра Энтони и мистера Оппенгеймера.
- Вы же понимаете, что это мой долг - Мензис смог выдавить что-то, отдаленно напоминающее улыбку - вызвать неудовольствие финансовых владык Британии было чревато неприятными последствиями даже для него, при всех его возможностях и нешуточном влиянии.
- Понимаю - кивнул Черчилль - надеюсь, Его Величество, с его куда более разнообразным жизненным опытом (в РеИ король Георг VI, в бытность свою герцогом Йоркским, участвовал в боевых действиях ПМВ, будучи артиллерийским офицером на ЛК 'Коллингвуд' и пилотом морской авиации В.Т.), сможет нам поверить.
- Будем надеяться, сэр Уинстон - кивнул шеф разведки - в противном случае, неверие этих джентльменов может обойтись нам дороже, чем доверие к нашим словам.
- Что же, сэр Стюарт, время позднее, а завтра у нас будет очень тяжелый день - подвел итог импровизированному совещанию премьер. Доброй Вам ночи, дорогой друг!
- Доброй ночи, сэр Уинстон! - слегка поклонился сэр Стюарт.
Традиционный 'файф-о-клок', состоявшийся 5 мая в одной из малых гостиных Букингемского дворца, начинался в атмосфере некоего недоумения - ради сохранения секретности гостей не ввели заранее в курс дела. После взаимных приветствий и первой чашки цейлонского чая сэр Стюарт сообщил собравшимся новости из бывшего ландграфства Гессен. Реакция собравшихся была примечательной - от неверия они быстро перешли к холодной ярости.
- Вы хотите сказать, сэр Стюарт, что большевики посмели начать собственную игру?! - осведомился сэр Энтони Ротшильд, глава известного банка.
- Свою ли.. - задумчиво протянул барон Виктор, в некотором роде нарушитель семейной традиции - наследник титула исправно заседал в Палате лордов, но руководству семейным делом он предпочел руководство отделом по борьбе с диверсиями и саботажем в составе MI-5 (соответствует РеИ - барон Виктор Ротшильд представлял интересы клана в спецслужбах Великобритании и парламенте В.Т.); барон явно намекал на противоречия между кланами Ротшильдов и Рокфеллеров в вопросе о том, как относиться к Советской России: если Ротшильды считали нужным всячески препятствовать любым связям большевиков, каковое желание у них резко обострилось после того, как обнаглевший до потери всякого почтения к самым могущественным финансистам мира мистер Сталин отобрал концессию в Баку у ориентировавшихся на Ротшильдов Нобелей; то Рокфеллеры сочли возможным, после получения концессии на половину бакинской нефти, поспособствовать большевикам в их затее с индустриализацией - конечно, за хорошие деньги, но благостного отношения к конкурирующему клану это Ротшильдам не прибавило.
- Похоже, что дело обстоит именно так, как Вы предполагаете, сэр Энтони - сообщил способный послужить аллегорией мрачности Эрнест Оппенгеймер.
- Полагаю, Вы этого не знаете - но месяц назад в США был похищен мистер Ханфштенгль с семейством.
