Тимбер полностью

Именно тогда я заметила, что к другой моей руке подсоединена капельница.

Ужас усилился, и я резко вдохнула через нос, мои глаза метнулись к пакетам, которые были ко мне подключены.

— Что ты мне даешь? — Потребовала я, паника наполнила мой голос. Один из пакетов был почти пуст, и в нем оставалась зловещая жидкость темного цвета.

— Кровь, — быстро ответил Лукас, распластав руки на матрасе, как будто боролся со своим желанием прикоснуться ко мне. — В основном кровь. Мы также ввели тебе дозу антибиотиков и подключили к капельнице с морфином.

Я ничего не сказала в ответ, слишком занятая борьбой со своей внутренней травмой, чтобы говорить. Мне потребовались все силы, чтобы не вырвать капельницу из руки в полнейшем ужасе, полагая, что это еще не все. Возможно, это было очередное наваждение, вызванное PCP.

— Кто это мы? — Спросила я хриплым голосом, когда мне удалось оторвать свой охваченный паникой взгляд от иглы, пронзающей мою руку. — Почему кровь? Я... — Я слегка покачала головой. Все было как в тумане, но боли не было. Должно быть, это подействовал морфин. Несмотря на то, что я понимала, что сейчас мне нужно держаться подальше от наркотиков, перерыв от постоянной боли был долгожданным облегчением. Я смогу провести детоксикацию, когда восстановлю немного сил. Если только это не было ненастоящим…

Лукас что-то говорил, но я не слушала. — … не уверен, как долго у тебя шла кровь. Мы решили, что не хотим рисковать. Хейден, ты в действительно плохой форме. — Его голос слегка дрогнул, и у меня защемило сердце.

В последний раз, когда я видела его, меня арестовала глупая, безмозглая Джанетт, а Лукас понял, на сколько дерьмовой девушкой я была.

— Лукас, — прошептала я, откидываясь на подушки. У меня просто не хватило сил оставаться в вертикальном положении. — Мне так жаль.

Его брови удивленно приподнялись. — Ты о чем? Ты ни о чем таком не просила. Если...

— Нет, нет... Прости, что не сказала тебе, что я убила твоего отца. С моей стороны было дерьмово это скрывать. — Мой голос был грубым и скрипучим. Неудивительно, учитывая, насколько сильно пострадали мои голосовые связки.

Лукас мгновение потрясенно смотрел на меня, затем провел рукой по лицу и недоверчиво усмехнулся. — Хейден... этот мужчина не был моим отцом. Меня воспитывала мать-одиночка, и она - единственный родитель, который у меня когда-либо был. Брант Уилсон был немногим больше, чем таинственный донор спермы, и если ты убила его, то я уверен, что он это заслужил. Мне на это наплевать; мне просто было обидно, что ты не рассказала мне об этом.

Тьфу. Он был прав. С моей стороны было идиотским поступком не сказать ему об этом в ту же секунду, как я соединила точки. Я просто так привыкла заботиться обо всем сама и не доверять никому, кроме Зеда.

И посмотрите, к чему это меня привело.

Я медленно моргнула, пытаясь собраться с мыслями.

— Где мы? — Пробормотала я, снова оглядывая комнату. Она была хорошо обставлена, комфортна, но несколько обезличена, как будто это был загородный дом или что-то в этом роде. Мои легкие наполнились долгим зевком, а веки опустились.

Лукас наклонился ближе, но не прикоснулся ко мне. Он просто положил голову на руки и посмотрел на меня встревоженными глазами. — Мы в безопасности, Хейден. Док и Мария сейчас едут сюда с Кассом. Им нужно будет осмотреть тебя как следует, так что просто отдохни, пока они не приедут.

Меня охватило замешательство, и я нахмурилась. — Дока здесь нет? Кто все это подключил?

Лукас сверкнул ухмылкой. — Я это сделал. Под его руководством по видеосвязи. Большая часть припасов была в аптечке, которую Касс оставил в вертолете, и это была удача.

Я неопределенно кивнула, мое тело требовало еще сна. Но что-то не давало мне покоя теперь, когда я поняла, что мы не в больнице.

— Кровь? — Пробормотала я. — У вас в аптечке был отрицательный резус?

Выражение лица Лукаса сменилось чем-то более обеспокоенным, когда он покачал головой. — Мы не были настолько готовы. К счастью, хотя…

— Зед, — пробормотала я, уже зная, что он собирается сказать. У нас с Зедом был отрицательный резус - фактор крови, и хотя мы могли стать донорами для кого угодно, нам подходила только кровь с отрицательным резусом- фактором. Мы всегда шутили, что когда-нибудь это может пригодиться.

Мои глаза закрылись. У меня не было сил разбираться во всех своих чувствах, связанных с Зедом прямо сейчас. Дать мне пинту крови, вероятно, было наименьшим что он мог сделать.

— Да, — прошептал Лукас. — Гребаный идиот, наверное, должен был сказать нам, что у него в боку торчал нож, прежде чем я взял у него кровь. — Мои веки снова открылись, но Лукас только покачал головой. — Не волнуйся, с ним все в порядке. Во всяком случае, жив. Спи, Хейден. Я никуда не собираюсь уходить.

С этим заверением я снова закрыла глаза. Когда сон снова овладел мной, мягкий шепот Лукаса убаюкал меня чувством безопасности и умиротворения, о существовании которого я никогда не подозревала.