— Мы отклоняем ультиматум и вступаем в войну. Мы будем защищаться так долго, как может выдержать наша защита. Потом, я собираюсь санкционировать использование Многомерного излучения.
Аолла опустилась в кресло и оглядела побледневшие лица мужчин.
— Это уничтожит всех, и друзей и врагов, — тихо сказал Диггиррен.
— У нас нет друзей в этой реальности, Советник Диггиррен. Только враги, — холодно заметила Аолла. — И у нас не будет времени применить другое оружие, потому что я собираюсь ждать до конца.
Аолла едва успела закончить, как они ощутили мелкую вибрацию: это включилось в режим повышенной защиты силовое поле. И еще через секунду, в кабинете возник секретарь Совета Вардов.
— Вокруг Аль-Ришада приземляются самолеты и вертолеты. Военные. И они начинают разгружать какое-то оборудование.
— А зачем мы должны это терпеть? — спросила Аолла. — Может, их уничтожить? Это же рядом с нашими границами?
— Для этого нужно разрешение государства, чья это территория, на применение военных действий на их территории. А раз они разрешили эвакуацию жителей… — начал объяснять Диггиррен.
— Я поняла, Диг, — Аолла улыбнулась, но это была странная улыбка, словно она одолжила ее у Строггорна. — Санкционирую уничтожение всего, чего они там пытаются готовить, — сказала она спокойно, не переставая улыбаться. — Лигалон, я прошу тебя принять на себя управление Службой Безопасности. С Чрезвычайными полномочиями. Генри, не будете ли вы так любезны согласиться стать заместителем Лигалона на время этой заварухи? Вы сейчас вроде бы без работы?
— Советник Аолла… — растерянно начал Генри. — Наверное, можно найти кого-то более подходящего, с большим опытом, из Совета Вардов…
— Генри, — Аолла холодно посмотрела на Генри Уилкинса. — Вы принимаете мое предложение?
— Принимаю.
— Ну вот и отлично. Я жду доклад через полчаса, что наши враги уже ничего не готовят на наших границах. Пусть они придумают что-то другое. Самолеты — сбивать, никакое оборудование на границах устанавливать не давать. Приказ понятен?
Лигалон и Генри поднялись и растворились в пространстве.
— Ты не сердись, Диг, что я тебя отстранила от Службы Безопасности. Нужно людей убивать, тебе нельзя, ты знаешь, — Аолла перестала улыбаться и стала серьезной.
— Я не сержусь. Я тебе очень благодарен. И ты меня удивила. Ты и правда собираешься применить Многомерное излучение?
— Если не будет другого выхода? Правда. Я не дам загубить дело стольких столетий. Слишком много жертв, точнее, вся наша жизнь — сплошная жертва. Так что…
Бесшумно в кабинете возник Лигалон.
— Самолеты и вертолеты врага, расположенные на нашей границе, уничтожены.
— Прекрасно.
— Мы получили ноту протеста от сопредельного государства, на территории которого они располагались.
— Сильно протестуют? — спокойно спросила Аолла.
— Похоже, что страшно напуганы.
