- Я это прекрасно понимаю. Если вы дадите мне время, я представлю доказательство, которое будет убедительным даже для Торда с Фарена, который, я вижу, готов вызвать меня на поединок из-за этого обвинения. Я оказался не вполне готов из-за того, что слушание было объявлено раньше обычного, и из-за попытки коблан вообще не дать Натану Кори встретиться со мной. Дайте мне время, и я докажу свои слова.
Председатель колебался. Натан понял, что он видит легкий путь решения проблемы. Сказать "нет", объявить немедленное голосование, и положить конец делу.
- Вы не можете отказать мне! - громовым голосом заявил Дженотек. Это было бы признанием вины всего совета. Вы должны дать мне возможность доказать справедливость обвинения. Я бы воспринял отказ как личное оскорбление, и на мою защиту встал бы весь Маррик до последнего человека!
Председатель внезапно оказался в ловушке. Он был совершенно беспомощен. Натан почти посочувствовал ему.
- Вы получите время, Советник. До сегодняшнего вечернего заседания. Этого срока достаточно для любых необходимых действий. Но, предупреждаю вас: найдите хорошее доказательство. Иначе мы накажем вас за недостойное поведение.
Назначить столь короткий срок было ловким ходом. Лицо кобланина расплылось в гнусной ухмылке. Однако Дженотек продолжал держаться уверенно.
- Значит, сегодня на вечернем заседании, - согласился он. - Я буду готов.
Заседание было окончено, и Натан вышел из зала вместе с Дженотеком, тщетно пытаясь разгадать, что кроется за маской уверенности Советника.
С ними поравнялся Гинтель. Он довольно усмехался уголками губ.
- На этот раз вы поставили себя прямехонько на линию огня, Советник, - ядовито заметил он. - У вас и в самом деле есть доказательства?
- А что? - Дженотек остановился. - Неужели я утрачу вашу поддержку, если их нет? Разве вы сможете покинуть союзника в минуту неприятностей...
Его тон был еще более саркастичным, чем у Гинтеля.
Гинтель тихо хихикнул, и взгляд его желтых глаз упал на Натана.
- Да, это действительно похоже на неприятности. Ваш малютка-делегат хорошо сыграл свою роль. Это выражение полнейшей невинности и чистоты просто шедевр! Вы хорошо выдрессировали свою марионетку.
- Я не марионетка, Советник. Вам, наверное, даже не пришло в голову, что наши обвинения - правда, поэтому и наши реакции подлинные.
- Не спорьте с ним, Кори, - посоветовал Дженотек. - Гинтель не верит ни во что, кроме собственных измышлений.
- Возможно, - парировал Гинтель, - но когда я увижу, как вас накажут за недостойное поведение, тогда - обещаю вам! - я превращусь в человека искреннего и доверчивого.
- Пойдемте, - предложил Дженотек. - У нас как раз хватит времени прилично перекусить.
Натан изумленно уставился на него.
- Вы даже не волнуетесь?
- Конечно, волнуюсь. Но волнение нам ничуть не поможет. У меня есть еще кой-какой план. Но я не намерен метаться по комнате в ожидании его результатов.
Натан ждал дальнейших объяснений, но их не последовало.
- Вы мне не расскажете? От меня не будет никакого прока, если я не буду знать, что происходит.
- Вы мне понадобитесь сегодня вечером. Будьте готовы говорить, и будьте готовы подтвердить все, что буду говорить я. Это все, что вам нужно знать. Пойдемте. Мы встретимся с Тэсс и отправимся пообедать в очень подозрительное место. Чем больше мы будем на виду, тем лучше.
9
Натану это не нравилось. Его использовали как пешку, в то время как Дженотек и сражался сам, и все решал тоже сам. Но невозможно было не заметить нетерпение Советников перед началом вечернего заседания. Они явно ждали - ждали, что произойдет, и надеялись, что Дженотек окажется в дураках.
Председатель зазвонил в колокольчик и призвал собравшихся к порядку. На этот раз в зале было тихо, хотя галерка буквально ломилась от публики.
- Прежде чем мы приступим к делам, которые значатся в повестке заседания, - сказал председатель, - кобланский Советник попросил разрешения сделать заявление. Прошу вас, Советник.
Приземистый кобланин поднялся с места. Он явно старался вытянуться, чтобы казаться выше ростом. Руки он держал за спиной, чтобы произвести впечатление спокойной уверенности, но Натан видел руки кобланина, и они вызвали у него в памяти нервную дрожь Гарриса.
- Я связывался со своим правительством, - громко заявил коб, - и получил инструкции официально отрицать обвинения, выдвинутые Советником Дженотеком. Мы разгневаны! В официальных бумагах зарегистрировано, каким образом была покорена Земля. Сомневаться в подлинности этих записей значит, клеветать на нашу честность. Я говорю сейчас от имени всех коблан. Мы не потерпим такого обращения! Это наше внутреннее дело, и если Федерация не может оградить своих членов от вмешательства в их внутренние дела, то она не выполняет цели, ради которой создана.
Он шумно сел на место, недовольно кривя рот и злобно шаря зелеными глазами по залу. Натан бросил взгляд на Дженотека, и обнаружил на лице Советника полуулыбку.
