— Король, — твердо глядя в глаза властителю гномов, сказала я. — Прикажи сделать или, если уже есть, принести большой серебряный чан, чтобы положить туда твоего сына. Нам знакома эта болезнь, и мы постараемся помочь твоему горю. Пусть также принесут много чистой родниковой воды и серебряную полую трубочку. В той пещере, где нас нашли твои люди, пусть разведут костер, чтобы сжечь всю одежду принца, в которой он был, когда заболел. Драгоценные камни из колец, браслетов и воинской справы тоже нужно опустить в чан с водой, а металлические вещи перековать. И пусть пошевеливаются. Время не терпит. Еще несколько часов и вся магия Церры будет бессильна.
Не успела я закончить, а гномы, как муравьи, уже забегали, засуетились. Нашлись и чан, и даже трубочка. По нашему указанию импровизированную ванну наполнили родниковой водой и положили туда увесистый мешочек из чистого полотна с драгоценными камнями. Мы с Шаманом опустили в воду руки и тихо, нараспев, начали, не сговариваясь, бормотать каждый свое лечебное «заклинание» на старославянском языке. Услышав, что «несем», мы с Сашкой переглянулись и чуть не фыркнули от смеха, несмотря на серьезность момента, но вовремя спохватились и еще через несколько минут, придав лицам сосредоточенность, закончили магический наговор. Потом приказали раздеть принца, вставить ему в рот трубку и погрузить в воду с головой. Его одежду тут же уволокли сжигать.
Однако это было только полдела. Мы не могли сказать королю, что теперь все зависело от самого парня. Сможет ли он вытолкнуть из себя черную дрянь, мы не знали. Местный лекарь недоверчиво ходил вокруг «ванны» и бурчал в наш адрес себе под нос что-то совсем не лестное. Если бы он знал, как мы его понимали. Однако Сашку осенило. Он стал что-то выделывать руками и над чаном закружился радужный вихрь. Вода тихонько забурлила, запахло озоном. Я поняла с полвзгляда и разожгла над вихрем белый огонь. И это подействовало. Маленькой струйкой черный дым начал втягиваться в радугу и сгорать в сотворенном мною пламени. Окружающие замерли с открытыми ртами. Общее безмолвие продолжалось примерно полчаса, пока, наконец, наследник престола не стал медленно подниматься из воды живой и здоровый. И по мере того, как поднимался, становился все живее и здоровее. Встав в полный рост, ни мало не смущаясь своей наготы, что для гномов вообще-то совсем не типично, и улыбаясь от уха до уха, он радостно заорал на весь зал:
— Я здоров!!! Папа, мама! Я вылечился!!!
Господи, что тут началось! Все орали, кричали, обнимались, целовались и плакали от счастья, а мы с Сашкой, выжатые хуже лимонов, тихо осели на пол и прислонились к чану, чтобы не отключиться. Но, между прочим, мы тоже были счастливы, хотя последние полчаса дались нам большой кровью. Никому из нас не улыбалось прослыть шарлатанами и провести остаток дней в гномьей темнице. Дик озабоченно вылизывал наши лица, а Слай просто стоял в некотором ступоре, разинув рот. Во всем этом зале за исключением колонн, он был самой статичной фигурой. Его можно было понять. Он впервые видел, как мы с Шаманом занимаемся такой вот магией. Это не вещи из воздуха доставать.
Оживший принц выделывал в чане какие-то немыслимые антраша, но быстро утомился и тихо ссыпался обратно в воду. Приближенные кинулись к нему в волнении, выволокли из «ванны», завернули в кучу тряпья и вспомнили о нас грешных, полагая, что эффект был временным. Заплетающимися от усталости языками мы заверили почтенную публику в ошибочности воззрений, объяснив, что юноша просто должен хорошенько выспаться и отдохнуть несколько дней, чтобы восстановить силы. Ему не следовало так бурно радоваться, но кто бы мог его за это осудить? И мы в очередной раз поручились нашими головами за свои слова. А что оставалось делать? Тут, наконец, до них дошло, что мы тоже устали. Все еще с недоверием, король распорядился отвести нас в гостевые апартаменты, накормить и приглядывать, чтобы никуда не убежали.
Небольшая пещера, предназначенная для гостей, отыскалась довольно быстро. В ней оказались все необходимые удобства для людей, но не для собаки. Однако Дик очень быстро освоился, и нам не пришлось заботиться о прогулках с барбосом. Эльфы что ли его этому научили? Об излечении принца мы предпочитали не говорить. Наскоро поели и уснули.
Утром нас ждал приятный сюрприз. Принц пришел в себя довольно быстро, и придворный лекарь констатировал, что дело идет на поправку. Король и королева были в не себя от счастья. Его величество Друм IХ лично явился к нам в сопровождении свиты.
— Я прошу меня простить, — сказал он, поглаживая длинную бороду. — Я так переживал за своего сына, что чуть было не нарушил все законы гостеприимства. Вы совершили чудо. Я уже не надеялся, что мальчик выживет. Расскажите мне, в чем вы нуждаетесь, и я сделаю все, что в моих силах, чтобы отблагодарить вас.
Мы переглянулись. Что могут гномы для нас сделать? Ну, подарить пару камешков на память. В головы нам ничего не приходило.
