— Я согласен с тобой Гури, но изменить мы все равно ничего не можем. Значит, так надо, и я думаю, что магическую силу команды на острове Дракона тоже просчитали. И если они решили, что это наилучший вариант, то так тому и быть. Мне тоже жалко их отпускать, сам бы пошел, не задумываясь. Но война есть война и приказы на войне не обсуждаются, а выполняются.
— «Жираф большой, ему видней», да? — зло рявкнул Гури, цитируя песенку Высоцкого.
— Не знаю каких размеров этот жираф и кто или что он такое, но подмечено абсолютно верно. Все. Иди, и не морочь мне голову, да и себе тоже, — закруглил Па Гри бесполезный разговор и телепортировался за пределы комнаты по своим делам.
Гури попытался все-таки вступить в телепатический контакт со своим учителем, который сейчас возглавлял высшую Академию Магов на острове Дракона. Но… Мало того, что у него ничего не получилось, он еще и почти что физически почувствовал, как будто со всей дури налетел лбом на каменную стену. Кабинет мэтра Па Гри огласился длинной многоэтажной лексической тирадой планеты Земля. Стало чуть-чуть легче.
В итоге так ничего и не добившись, в полном раздрае мыслей и чувств Гури покинул Академию Магов и начал действительно думать о том, как бы свалить из Сола куда подальше. Но не сей момент, а через какое-то время. Подыскать помощника, передать ему дела в мастерской, собрать шмотки, а может быть найти и какую-нибудь неплохую компанию, которая так же как и он готова отправиться просто куда-нибудь без всякой определенной цели. От себя конечно же не убежишь, но обстановку сменить — в данной ситуации это меньшее из зол.
На сердце у меня скребли кошки. Мой благородный Ромео не показывался мне на глаза и не наведывался даже в мое отсутствие. Ребята старались как-то меня поддержать, но возможность отвлечься появлялась только в Академии, а потому я с удвоенным рвением отдавала себя занятиям.
Однажды я задала сокурсникам вопрос по поводу религий на этой планете. Нас с Шаманом попросили дать клятву, что все, что нам поведают, останется в глубокой тайне от населения города. Это закрытая информация, которой владеют только маги и верховные правители материков.
Заинтригованные по самые уши, мы с Санькой поклялись, что ни в жисть, пусть отсохнут наши языки и все такое.
История оказалась захватывающей.
…Случилось это в то самое время, когда звездолетчики, спасаясь с гибнущего космического корабля, летели над планетой, выбирая место для посадки. (Блин, вот откуда Стас знает о реактивных двигателях!) Балансируя в воздушных потоках, капитан заложил слишком крутой вираж, шлюпку тряхнуло, приоткрылась дверь грузового отсека и небольшая плохо закрепленная коробка, на которую в спешке никто не обратил внимания, подхваченная порывом ветра, устремилась в открывшееся перед ней свободное пространство. Оказавшись в воздухе, коробка раскрылась. Из нее вывалились два одинаковых предмета и, набирая скорость, весело понеслись к земле, постепенно удаляясь друг от друга.
Один из них приземлился в небольшой деревушке в горах на голову человеку, которого деревенский сход в это время судил за разбой и грабеж. Был ли он виновен до такой степени, что его приговорили бы к лишению жизни — неизвестно, но свалившийся прямо с неба предмет, не дожидаясь людского правосудия, вынес свой окончательный вердикт. Случившееся единогласно признали проявлением высшей воли и символом небесной справедливости.
Люди с благоговением рассматривали посланца богов. Им оказался очень тяжелый ботинок на правую ногу, полностью покрытый какими-то заклепками, с массивной подошвой, из неизвестного блестящего металла.
Тут же решили построить храм и основать новую религию, под названием «Правоножие», а также отправить гонцов по городам и весям, которым вменялось в обязанность рассказывать всем и каждому об этом знаменательном событии.
Храм построили, новые миссионеры разнесли весть о небесном возмездии везде, куда только смогли добраться, и народ толпами повалил поглазеть на чудо, явленное простым смертным. Символ новой веры водрузили на мраморный постамент, и главным обрядом стало многочасовое созерцание искомого ботинка с целью получить какое-нибудь божественное откровение. Поступали ли откровения, история умалчивает, но как ни странно, разглядывание обуви приводило в состояние душевного покоя. Постепенно у созерцателей стали развиваться необычные качества, сродни магическим.
С годами Священное Правоножие все больше напоминало известный нам буддизм, а новоявленные адепты, попадавшие сюда с нашей родной планеты, внесли свежую струю в виде жизнеописаний Будды, Кришны и прочих небожителей (я тут же вспомнила фрагмент фрески храма в Соле — Будда в окружении прекрасных дам и все созерцают ботинок). Легко и непринужденно правоножники освоили хождение по углям, хатха-йогу и всевозможные мантры, которые вместе с землянами сочиняли экспромтом прямо по ходу богослужений. В немногочисленных же храмах на мраморных постаментах водрузили точные копии святой реликвии из серебра. Главный храм правоножников находился в Сизых горах на Латирэне.
