– Ага! Я сбросила целых два килограмма! – с гордостью заявила Оливия. – На прошлой неделе я много занималась спортом!
– Ты слиссс-ском худая! – перебила её Эми. – Тебе надо пойти к врачу. Возз-зз-мозз-зно, у тебя анорексс-сия.
Девочки на мгновение опешили. Потом, обменявшись недоумёнными взглядами, громко расхохотались.
– Вы что, установили Эми медицинскую программу? – задыхаясь от смеха, выдавила Оливия. – Теперь у вас есть не только домохозяйка, но и личный врач!
– Ну да, она постоянно пытается всучить Элиасу чай с валерианой. Чтобы он был поспокойнее. – Лаура подхватила шутливый тон.
Девочки ещё больше зашлись смехом.
Зелёные глаза Эми коротко застыли. Потом начали мигать. Вначале один глаз стал красным, потом другой. И мигали они поочерёдно. Выглядело это странно, почти устрашающе. Особенно учитывая то, что робот замер, издавая лишь тихие щелчки в такт мигающим глазам.
Смех замер у девочек на губах.
– Ох… я надеюсь, у неё сейчас не сгорит предохранитель. – Лаура с тревогой посмотрела на неподвижно стоящую Эми. – Мама меня прибьёт. Элиас уже один раз вывел её из строя. Причём совсем недавно. Нам даже пришлось вызывать мастера. А такой ремонт стоит бешеных денег. Ой-ой-ой…
– Мне жаль, – пробормотала Оливия. И, повернувшись к Эми, похлопала её по ручке-телескопу. – Давай успокаивайся, старушка! Не надо так нервничать! – Внезапно она вскрикнула от боли. – Что это? Она меня ударила током!
Лаура с ещё большей тревогой посмотрела на Эми. Глаза робота снова стали зелёными.
– Никогда больше так не делай! – с угрозой в голосе произнесла Лаура.
В ответ Эми молча развернулась, стремительно вкатилась в кладовку и с треском захлопнула за собой дверь.
– Пфффф, – Лаура со свистом выпустила воздух. – Я же предупреждала, что она стала невероятно чувствительной.
– Эми на самом деле напала на меня? – Оливия до сих пор была в шоке. Всё это застигло её врасплох. – Я просто не могу поверить! Она же опасна для окружающих!
– Только давай договоримся не рассказывать об этом моей маме, ладно? – Лаура растерянно посмотрела на подругу. – Она уже и так спит и видит, как бы выбросить Эми на свалку…
– Но…
– Пожалуйста. Мы тоже вели себя с ней по-хамски и… жестоко, согласись? – Лаура сглотнула. – Может, нам пора прекратить считать Эми просто машиной?..
Оливия удивлённо подняла брови, но промолчала.
На кровати в комнате Лауры, уютно свернувшись калачиком на подушке, лежал её чёрный кот Самсон.
Когда девочки зашли, он лишь коротко поднял голову и сладко зевнул.
Оливия тяжело вздохнула.
– У тебя такая замечательная комната, – с тихой завистью прошептала она. – Хотя твоя комната в башенке старой виллы нравится мне ещё больше. Там как-то уютнее, чем здесь…
Лаура кивнула. Эта комната действительно была прекрасной. Большая, просторная, светлая… Но оформлена она была в холодном, суперсовременном стиле. В ней не было жизни. В застеклённом шкафу совсем не было книг, там стояли лишь стильные декорационные статуэтки. Эми каждый день протирала их от пыли, а Самсон с удовольствием сбрасывал их на пол, когда у него случались приступы бунтарства и он носился по комнате как угорелый.
Оливия уселась на краешек кровати. Немного помявшись, она просительным взглядом посмотрела на подругу.
– Может, ты всё-таки покажешь мне эти таинственные карманные часы? – робко спросила она.
Лаура сомневалась. Она не знала, что делать. Что-то внутри подсказывало девочке, что эти часы предназначались ей, и только ей. А вдруг их магия пострадает от прикосновения Оливии?
– Я не уверена, что это хорошая идея, – нехотя произнесла она.
Оливия нахмурилась.
– Не понимаю, что в этом может быть плохого, – в её голосе сквозила обида.
Лаура не хотела рисковать ещё одной ссорой. Будь что будет.
– Хорошо. Только пообещай мне, что не будешь их трогать, ладно? Смотреть можно, но прикасаться к ним тебе нельзя. Обещаешь?
Оливия кивнула.
Лаура выдвинула ящик своего ночного столика. Там, спрятанный под грудой тетрадей, лежал заветный бархатный мешочек. Лаура осторожно достала его, развязала ленточку, и через секунду у неё на ладони оказались золотые часы.
– Мау! – Самсон мгновенно проснулся.
Он резко вскочил, поднял хвост трубой, выгнул спину и ощетинился.
Оливия подалась вперёд.
– Ух ты! Это настоящее золото? – Её глаза горели.
– Думаю, да.
– Тогда эти часы, должно быть, очень дорогие.
– Возможно. – Лаура осторожно открыла крышечку и показала Оливии гравировку на внутренней стороне. – Carpe diem. Это означает: «лови день», – пояснила она. – Эта фраза, скорее всего, касается магического восьмого дня. Будучи в том мире, я должна использовать время с пользой…
Оливия была под впечатлением.
– Неужели мне действительно нельзя их потрогать? Пожалуйста! Ну только разок, можно? – взмолилась она.
Лаура колебалась.
В этот момент зазвонил телефон.
– Подожди, мне нужно ответить, – Лаура вскочила с кровати, осторожно положила часы на покрывало и выбежала из комнаты.
Над телефоном уже красовалось объёмное изображение головы её мамы. Лаура скорчила гримасу и подняла трубку.
– Да, мам! Что случилось?
