Он умудрился погладить Андри по бедру и, намеренно соблазнительно покачивая бедрами, отправился к дверям. Он был без пиджака, в светло-голубой рубашке с запонками с сапфирами. Светлые легкие брюки он надевал редко, но сегодня был, можно сказать, особенный день.
Он, видимо, выполнил просьбу, поскольку когда они вернулись, Бальт нес бутылку вина и коробку каких-то особенных конфет, а Эфраим не молчал испуганно, а вовсю что-то рассказывал, сверкая глазами и размахивая руками с папкой.
— Андри, а это мы, — игриво произнес Бальтазар. — Эф принес нам проект посмотреть.
Эфраим, кажется, расцвел еще больше, когда кинулся к Андри пожимать руку.
— Мистер Новак, я так старался, целую ночь думал о вас… — тут он заметил, что говорит, покраснел весь, — то есть о проекте, — выдавил он, кажется, собираясь провалиться сквозь землю.
— Самандриэль, — напомнил ему Бальтазар, приобнимая за плечи. — Не суетись, здесь все свои, — он улыбался парню, но взгляд был направлен на Андри. В нем плескался азарт.
— Ты голоден, Эф, или сперва просто выпьем вина и поговорим о… делах? — улыбнулся Новак, — или сразу начнем с чего покрепче? Нальешь нам, Бальтазар? — спросил Новак, мягко увлекая Эфраима на диван.
Бальтазар налил им с Андри виски, а парню вина. Не хотелось бы, чтоб его развезло еще до основного действия. Он с интересом наблюдал за Андри и да, можно было понять, абсолютно четко, почему Бальт теперь не может ни о ком другом думать, кроме как о Андри. Новак смотрел проект, который развернул Эфраим, и мягко поглаживал его колено. Словно невзначай, невольно. А вот Эф еще как замечал, бросал вопрощающе-тревожные взгляды на Андри, но тот, конечно же, был вовлечен в рассматривание таблиц и документов.
Роман вручил им по бокалу и сел рядом с Эфраимом, повернутый к нему, очень близко, чтоб плечо парня упиралось в его грудь, а сам закинул руку на спинку дивана, словно бы на плечи Эфраима, касаясь пальцами плеча Андри.
— Мистер Роман, — повернул к нему голову абсолютно ошеломленный парень. — Мой проект, — начал он.
— Я вижу, очень хороший проект, — улыбнулся Бальт, и тоже погладил коленку Эфа. Может, у него это вышло не так грациозно и словно бы «невольно», но Эфраим судорожно перевел дыхание, стискивая пальцы на бумагах.
— Я… — потеряно произнес он.
— Хочешь сказать тост? Не нужно, — с улыбкой отозвался Бальтазар, — за тебя, Эфраим, — посмотрел на Андри и улыбнулся ему, а только потом выпил.
Самандриэль сморщился так, чтобы Эф не видел, а следом просиял улыбкой, отпивая виски из бокала.
— И талант, — добавил он, мягко касаясь пальцев Эфраима на папке с проектом, — ты, наверно, во всем так хорош?
— Я… нет, — абсолютно пунцовый парень не знал что ему и делать, он почти жалобно смотрел на Андри, переводил взгляд на улыбающегося Бальтазара, и, кажется, прощался то ли с жизнью, то ли с разумом.
Выглаженные со стрелками штаны натянулись в месте паха, он поскорей прикрыл это безобразие своей папкой. Но двое самых красивых в мире парней никуда не делись, а продолжали сидеть так близко, касались так ненавязчиво, словно хотели, чтоб он умер от перевозбуждения.
— Я не совсем сосредоточен, — прошептал он, комкая листы бумаги. — Я не могу представить проект, когда…
Он просто потерял голову, когда Самандриэль отпил глоток виски и облизнул губу. Вцепившись, как утопающий в его рубашку, он смял своими его губы, ощущая привкус виски, целуя беспорядочно, хаотично, стукаясь своими зубами о зубы Андри, но при этом испытывая почти предоргазменное состояние. Самандриэль переместил свою руку на бедро Бальтазара, поглаживая его, а второй рукой притянул к себе Эфраима, принимаясь доминировать в поцелуе, скользнул в рот языком, успокаивая и настраивая на совершенно иной лад. Когда Эф несколько расслабился, отвечая на поцелуй уже не так лихорадочно, Самандриэль перекинул свою ногу, оказываясь на коленях Эфа, папка при этом полетела на пол, а руку Новака легла на пах Романа.
— Мистер Роман, — вспомнил о Бальте Эфраим, при этом не в состоянии даже остановиться. Его руки были на теле Андри, жадно и нетерпеливо ощупывая его под рубашкой, словно он боялся, что его выгонят за такое кощунство. И позволял себя целовать, чувствуя, что Андри весьма опытен и знает как это делать более приятным образом.
— Не отвлекайся, Эф, — отозвался Бальт, его рука уже привычно была на ягодице Андри, поглаживая и сжимая ее, а второй рукой он сжал пальцы на волосах Эфраима на затылке, чтоб парень не отвлекался от поцелуев с Андри.
— Не переживай, мистер Роман не останется без внимания, — улыбнулся Андри, расстегивая пуговицы на рубашке Эфа, — мистер Роман очень хочет тебя. Ты же не откажешь ему?
