— Я снова свяжусь с Генри. Пора подключать новые технологии, которые будут отслеживать передвижения по всему земному шару и предупреждать нас, если появится что-то странное.
— И наверняка странного будет много, — сказал Тристан. — Нужно начинать прямо сейчас.
Короли начали покидать пещеру, и Ри надеялась, что Кон тоже уйдет. Но ей стоило бы знать его получше. Вскоре она осталась наедине с Келланом и Коном.
— Почему ты до сих пор здесь? — требовательно спросил Кон.
Она продолжала смотреть на Келлана.
— С Данаей все в порядке. Я помогла ей стереть все доказательства ее присутствия и участия в операциях MИ-5. У них не осталось никаких записей о ней, ни фото, ничего. Затем, я также подправила память ее босса.
— Другие будут помнить ее, — возразил Кон.
Ри пожала плечами, взглянув на него.
— Они подумают, что покончили с ней или же, что воспоминания не точные. МИ-5, как разведывательная организация, всю информацию хранит в компьютерах. Чтобы сократить расход бумаги, все отчеты делаются и хранятся в электронном виде на серверах.
— И ты говоришь, что она все удалила? — спросил Келлан.
— Все в Лондоне. Затем нам пришлось заглянуть и в их удаленные офисы и также уничтожить находившиеся там доказательства. Даная быстра, находчива и умна. MИ-5 ошиблись, решив избавиться от нее.
Келлан опустил голову. Краем глаза Ри увидела, что Кон наблюдает за ним. Ей было любопытно, что творится у Короля Королей в голове. Понял ли он, как сильно Келлан любит Данаю?
Его это вообще заботит?
Когда Келлан снова поднял голову, что-то дикое в его взгляде исчезло.
— Ты знаешь, где она?
— Знаю.
— Отведи меня туда.
Кон протянул руку и схватил его за плечо.
— Келлан…
— Нет, — сказал Келлан и отпрянул. — Я по-прежнему готов бросить тебе вызов, Кон. Но сейчас важнее всего Даная. Если хочешь драться со мной до смерти, я готов. Только скажи.
— Я не прогонял ее, — сказал Кон.
Ри приподняла бровь.
— Да неужели? Ты пришел к ней с вопросом, что она собирается делать. Ты спросил, чем можешь помочь, когда она сказала, что собирается уходить. Ты должен был убедить ее остаться, пока Келлан не сможет поговорить с ней. Но погоди, — продолжила она саркастическим тоном, и удивленно раскрыв глаза. — В этом все и дело, не так ли? Ты не хотел, чтобы они поговорили. Ты хотел, чтобы Даная ушла. Независимо от того, что ее уход сделает с Келланом.
Кон удерживал ее взгляд в течении нескольких секунд. Затем посмотрел на Келлана.
— Даная — цель. Возможно, она разобралась с МИ-5, но Темные у нее на хвосте. Они придут за ней.
— Пусть попробуют, — заявил спокойно Келлан.
— Если она согласится вернуться с тобой.
Улыбка Келлана была холодной.
— Если она согласится, мне нужно твое слово, что ты примешь ее. Или же я брошу тебе вызов.
Кон кивнул и вышел из пещеры.
Как только фигура Кона скрылась за углом, и Фейри с Келланом остались наедине, Ри соскользнула с валуна.
— Пойдем, секси. Обожаю счастливые концы.
——————
Глава 44
Даная вышла на крыльцо с высоким стаканом холодного чая и села на качели. Подогнув под себя одну ногу, она начала лениво раскачивать качели другой.
Воздух был горячим и липким от влажности, но ветер, дующий с Мексиканского залива, неплохо охлаждал. И хотя в доме был оснащен кондиционером, крыльцо всегда было любимым местом ее родителей. В памяти всплыли ночи из детства, когда они все вместе выходили на крыльцо после ужина и любовались звездами.
Ее родители сидели на качелях, держась за руки, и улыбались друг другу так, будто они были знакомы всего несколько месяцев, а не лет.
А Даная с Рене сидели на полу, играя со своими куклами или карточками. Эти ленивые вечера стали для нее целым миром, который она воспринимала как само собой разумеющееся.
Но в одно лето ее идиллическая жизнь разлетелась вдребезги.
Даная моргнула, чтобы прогнать грозившие пролиться слезы, и сделала большой глоток сладкого чая. Так трудно снова оказаться дома. Куда бы она ни пошла в доме, каждая комната навевала воспоминания. Некоторые были хорошими, некоторые плохими.
Жужжащий звук справа привлек ее внимание. Лагерстремия, посаженная еще ее матерью, была полностью в цвету. Тонкие ветки гнулись под тяжестью ярко-розовых цветов, а вот пчелы и бабочки по полной использовали предоставленную возможность.
